- А остальные выходы?
- Их потребуется проверять, и никто не знает, что мы там увидим. Пауки, что живут здесь – тарантулы, какие именно – я пока не знаю. Паутина у них не ловчая и не прилипает, но они бегают быстрее автомобиля, и человеку на своих двоих удрать нереально. Кроме того, у них превосходное зрение, хотя в такой темноте даже пауки почти ничего не видят. Но им и не нужно.
- У меня есть огненная граната. Мы можем выйти в проход наружу и зажечь её за собой. И… - Марена запнулась. – Если у тебя найдется пси-газ, я попробую ещё кое-что. Я не знаю, получится ли, и вообще что выйдет в итоге, но…
Несколько секунд Стефан размышлял. Затем вытащил из крепления на поясе пробирку с газом, которая тут же осветила тоннель, заставив язычницу слабо улыбнуться. Для женщины, впервые попавшей в паучью нору, она вела себя на удивление спокойно.
- Бери, - сказал он, протягивая ей сосуд. – И спрячь его до поры до времени. Зрение сейчас тебе всё равно не поможет.
Марена согласно кивнула, пряча пробирку в карман.
И тут Стефан замер, глядя на угол тоннеля, откуда показались тонкие серые лапы.
Клац. Клац. Стефан мысленно представлял себе этот звук, но в норе стояла полная тишина. Паук казался настороженным, взъерошенным, словно только что заметил незваных гостей – и вот они куда-то делись.
Клац.
Стефан смотрел в чёрные, безучастные глаза восьмилапого и тщетно пытался отделаться от ощущения, будто паук наблюдает за ним. Он знал, что паук видит в темноте не больше, чем замершая рядом Марена, что здесь он ориентируется на совсем иные чувства – но не мог оторвать взгляда от чужих глаз.
Клац.
Паук крадучись двигался к ним. Это был его дом, и всё же восьмилапый переступал ногами осторожно, неуверенно. Казалось, он вслушивается в темноту, стараясь понять, куда идти. Шаг, секунда промедления, и снова шаг.
Стефан медленно потянул из рук Марены арбалет – и та покорно разжала пальцы. Все так же медленно Стефан упер стремя в землю, поставил туда ногу и натянул тетиву.
Запорный механизм щёлкнул, взводя спуск.
Паук дёрнулся. Повернулся в их сторону, поднял передние ноги, словно принюхиваясь. Стефан разглядел характерный серо-чёрный рисунок у него на брюхе и едва сдержался, чтобы не выругаться – встречи с этими он не пожелал бы никому. Кроме зеркала, быть может. Этот заслужил попасть сюда на все сто процентов.
Тетива мягко звякнула, выплёвывая болт. Паук успел только шевельнуться, бросился по направлению к людям – а в следующий миг отточенный наконечник вошёл ему прямо между хелицер. Восьмилапый вздрогнул последний раз и плюхнулся оземь, бессильно растопырив ноги.
- Убит, - тихо сказал Стефан, перезаряжая арбалет. – Держись за мой пояс.
- Почему из арбалета? – услышал он шёпот Марены.А ведь она не видела паука, но поняла все сразу, мелькнуло в голове.
- У меня всего два магазина к пистолету. Этого слишком мало, чтобы разбрасываться ими.
Осторожно переступая ногами, они дошли до паучьего трупа. Стефан пнул его, заставив жвалы последний раз дернуться в конвульсии, затем ухватился за хвостовик стрелы и с глухим чавканьем выдернул её из тела. Быстрый взгляд в зал сообщил ему, что стоит поторапливаться – пауки зашевелились, кое-кто спустился ниже на тонкой нити и теперь висел между полом и потолком, высматривая противника.
- Идём, - едва слышно сказал траппер.
Они двинулись вдоль стены, стараясь держаться подальше от пауков. Носком ботинка Стефан отодвигал в сторону кости и мусор, чтобы хруст не беспокоил пауков. Восьмилапые нервничали всё больше, явно подозревая неладное, и Стефан их понимал – чёрно-серые не уступали по разуму собакам. Захватить весь Мерцающий лес им мешал только короткий срок жизни, растущий из года в год, и страсть к каннибализму.
Один раз Марена оступилась и едва не упала – Стефан едва успел подхватить её. Он снова напомнил себе, что спутница, по сути, слепа здесь, но свыкнуться с этим оказалось не так просто. Траппер не привык вытаскивать на себе кого-то ещё.
И вместе с тем Марена оказалась куда крепче, чем он думал. Многие женщины устроили бы истерику, едва узнав, где оказались. Язычница же оставалась спокойной – может, потому, что она не видела врага, но с другой стороны, это ведь даже хуже. Внимательнее с ней, шепнул внутренний голос.
Стефан вышел в проход. Здесь ещё виднелись едва торчащие из земли старые рельсы, наверняка оставшиеся здесь со старой эпохи. Нынче если кто и роет шахты, то уж точно не в Мерцающем лесу. Слишком уж чреваты подобные проекты проблемами.