— И еще многому другому, о чем ты не подозреваешь…
Верхний этаж собора выглядел необитаемым. За лестничной площадкой открывался просторный зал, за ним следовала анфилада комнат, абсолютно пустых. Каменные стены обильно поросли плесенью — своеобразная дань вековому существованию.
Внезапно сквозь ставни, закрывавшие окна, завиднелись огни. В город вернулся свет.
— Похоже, тут пустота. Давай определим хотя бы приблизительно, где под нами находится помещение, обозначенное на чертежах!
Они углубились в анфиладу. И там, в конце, примерно над тем местом, где предположительно находилась потайная комната, обнаружился деревянный люк в полу.
Альтаграсиа потянула за массивное кольцо, крышка люка легко поднялась. Оливер направил луч фонаря в проем и убедился, что вниз ведет переносная веревочная лестница с деревянными ступенями.
Они осторожно спустились и оказались наконец в потайной комнате.
Было очень темно. Фонари освещали лишь малую часть просторного и пустого зала. Строительные материалы в этой части храма говорили о том, что ее возводили не одновременно с основным корпусом здания.
Детективы обследовали замкнутое пространство и нашли еще одну лестницу — она вела вниз, под землю.
— Надо же! В соборе есть подземелье! — изумилась Альтаграсиа.
— Ни на одном из наших планов оно не отмечено! Его нет ни на современных чертежах, ни на взятых в обоих архивах…
Чем ниже они спускались, тем выше становилась влажность. Воздух был пропитан сыростью.
Внезапно сверху послышался шум. Где-то громко хлопнула дверь.
Оливер поспешил вернуться назад, в потайную комнату. И что он увидел? Кто-то убрал веревочную лестницу! Крышка люка оказалась закрыта.
— Нас заперли! — произнес он без всякого выражения.
— И что теперь делать? — тревожно спросила Альтаграсиа.
— Давай сначала спустимся и посмотрим, что там такое, потом подумаем, как выбираться отсюда! Нельзя упускать такую возможность! — Оливера охватил азарт, и он забыл об опасности.
Учащенно дыша — влага буквально сочилась сквозь стены, — они ступили в зал, такой огромный, что свет фонариков не достигал стен.
— Мы, должно быть, под центральным нефом собора, — сообразил испанец. — Если пройдем чуть дальше, окажемся под главным алтарем. Просто невероятно!
— Да уж. А вот это еще невероятнее…
Альтаграсиа обнаружила выключатель и нажала, не задавая лишних вопросов.
Ослепительный свет залил помещение, словно в гигантском зале вспыхнули тысячи солнц. Детективы зажмурились — их глаза успели привыкнуть к темноте. Когда же зрение к ним вернулось, от зрелища, представшего их взорам, захватило дух.
Под собором Примада-де-Америка будто воздвигли еще один храм.
А на поверхности земли за храмом велось наблюдение. Агенты решили держать непрошеных гостей под замком, пока начальство не даст указаний, как с ними поступить.
Позвонив куда следует, соглядатаи ждали соответствующих директив.
Ну а пока из собора никто не выйдет.
Зал был одет мрамором. Идеально отполированный пол казался зеркальным. Стены украшали искусная резьба и ценные картины.
Отделка подземного храма была неизмеримо богаче и красивее интерьера старинного собора этажом выше.
— Кто его построил? И сколько времени это отняло? — не уставала поражаться Альтаграсиа, не веря своим глазам.
— Вы только посмотрите! — закричал Оливер из противоположного конца зала.
Довольно долго детективы стояли в оцепенении. Поверить в реальность того, что они видели, оказалось непросто. Самое время было вдохнуть поглубже и ущипнуть себя пару раз, чтобы убедиться — это не сон.
Мобильный телефон одного из агентов яростно затрезвонил. Поступили наконец долгожданные инструкции.
Собеседник сурово приказал не выпускать самозванцев. И пообещал вскоре прибыть, чтобы лично разобраться на месте. Если же визитерам удастся ускользнуть, виновные заплатят жизнью за ошибку.
Колоссальная мраморная статуя покоилась на массивном постаменте из полированного гранита. Прекрасное изваяние покорило Альтаграсию. Образ ассоциировался у нее с Великим адмиралом моря-океана.
— Это гробница, — с запинкой промолвила она.
— Несомненно. Но и нечто большее. Новый мавзолей Христофора Колумба, возведенный непосредственно под тем местом, где он был небрежно похоронен пятьсот лет назад. Но зачем?
Большая мемориальная доска на гробнице, отличавшаяся благородной простотой, не оставляла сомнений в назначении этого сооружения.