— Уверен что у всех уже есть удостоверение личности, — Райан одарил всех отеческой улыбкой. Этакий любящий ребятишек дядя офицер.
— Отвали, — грубо ответил «мистер Ти».
Он на свету казался старше чем я думала. Возможно ему уже есть двадцать.
— «Железная задница»? — спросила я.
Его взгляд медленно обратился ко мне.
— Закаленная сталь. А как насчет твоей, а? — и он быстро забарабанил пальцами по барной стойке.
Шанталь подскочила.
— Ты используешь ник «Железная задница»?
— Классные сиськи.
— Уверена, ты это из любезности говоришь.
— Может как-нибудь капуччино вместе выпьем, — продолжил «мистер Ти», почесывая грудь и ухмыляясь уголком рта.
— Обязательно. Как только вам позволят посетителей и я сделаю это в качестве общественных работ.
Послышался нервный смешок.
— А ты какого хрена ржешь? — рявкнул на девушку в юбочке «мистер Ти».
Райан подобрался ближе к нему и положил руку ему на спину.
— Что за…
— Давайте не забывать о манерах, — голос любящего детишек офицера немного построжел.
— Это, бля, полицейское домогательство! — на шее у парня вздулась вена.
Он попытался освободиться от объятий Райана, но тот не отпускал.
Шанталь сделала попытку встать, но я, положив руки ей на плечи, усадила ее вновь на табурет. Вблизи я разглядела что татуировка слезы оказалась простым рисунком. Ее верхний край заходил далеко за край века.
Нордстерн за все время ничего не сказал.
— Моя коллега задала резонный вопрос, — шептал в ухо «мистеру Ти» Райан. — Мы назвали тебя «мистер Ти», но считаем это оскорбительно. Заставляет нас чувствовать себя стариками.
Никакого ответа.
Райан щипнул «мистера Ти» за руку.
— Блядская полицейская грубость! — прошипел парень сквозь зубы.
— Ты отлично с ней справляешься.
Нордстерн молча принялся складывать салфетку треугольником.
Очередной щипок.
— «Железная задница»! — почти вскричал мальчишка.
Пара за спиной Нордстерна бросила свое пиво.
— Сомневаюсь что твоя мама записала «Железная задница» в свидетельстве.
— Сомневаюсь что твоя мама вообще умела писать и читать, — огрызнулся парень.
Еще один щипок.
— Бля!
— Я теряю терпение!
— Попей «Прозак».
Райан ущипнул сильней.
— Леон Хокмейстер. Отъебись теперь от меня!
Райан отпустил руку Хокмейстера.
Тот выплюнул жвачку на пол и потер плечо.
— Тебе надо новые слова выучить, Леон. Попробуй какой-нибудь электронный словарик, что ли.
Хокмейстер сложил было губы для очередного ругательства, но передумал. В глазах клокотала злоба. Распутин в обличии молодого хулигана.
Райан обернулся к «статуе».
— А ты?
— Пресли Иверсон, — на его лице застыло выражение ошеломленного любопытства.
Теперь настала очередь «юбочки».
— Антуанетта Годро.
— Я имею удовольствие общаться с Грязным псом, Рэмбо, Лохматым, Секси-чатом или Крикуном?
— Крикун, — ответил Иверсон, протягивая ладонь для приветствия. — Cri perçant — Пронзительный крик.
— Очень поэтично, — похвалил Райан.
Изо рта Иверсона появился розовый пузырь, и как только лопнул тот продолжил невозмутимо жевать. Райан взглянул на Годро.
— Я не часто пользуюсь умылом.
— А когда пользуешься?
Девушка пожала плечами.
— Секси-чат.
— Спасибо, киска.
Годро выглядела так же сексуально, как и кашалот.
— Вы не можете вот так, бля, запросто приходить и лупить людей! — к Хокмейстеру видимо вернулась его наглость.
— Леон, это именно то, что я могу делать. И еще я могу протащить твою тощую задницу в багаже. Как думаешь кто-нибудь заинтересуется?
Леон перестал потирать плечо. Посмотрел на Шанталь, потом на потолок и когда снова опустил взгляд, то его лоб внезапно покрылся капельками пота.
— Мы ни хера не знаем об этом дерьме.
— О каком дерьме, Леон?
— О том, о чем он тут распинается.
Краем глаза я заметила как обмер Нордстерн.
— Кто это «он», Леон?
Хокмейстер кивнул в сторону Нордстерна.
— И Шанталь ничего не знает! — он ткнул пальцем в журналиста. — Этот козел такой же псих, как и вы!
— Почему это?
— Он думает что Шанталь забирали в каталажку в Гватемала-Сити.
— Леон! — зашипела на него Шанталь.
— Непохоже на вашу тему о правах человека, — обратилась я к Нордстерну.
Он поднял глаза от своей салфетки и коротко ответил:
— Может быть.
— Вы где остановились, сэр? — поинтересовался Райан.
— Прошу вас, — журналист смял свою салфетку. — Давайте не будем тратить время ни мое, ни ваше. Вся информация и источники у меня строго конфиденциальны.