Сегодня я могу без труда рассмотреть его глаза. И в его серо-голубых радужках читается уверенность и такая сила, перед которой хочется преклониться. Меня будто пронзает его решимость и твердость. Я не видела его реакции на тело, но кажется он бы не испугался как я.
─ Слушаю. ─ идет к окну и берет графин, который не видела из-за жалюзи.
Наливает стакан воды и несет мне.
─ Я соврала вам в первую встречу. ─ принимаю воду и делаю небольшой глоток. ─ Тогда нашла не только кости, но шкатулку с дневником хозяйки дома…
Структурировано и четко объясняю ему каждое свое действие. Не хочу быть подозреваемой, тем более в таком ужасе, от которого кровь стынет.
─ Вот дневник. ─ достаю из рюкзака и кладу на стол. ─ Вы можете сами прочитать, я не придумала.
Опускает взгляд на дневник, но не прикасается.
─ Странное совпадение. Вы находите дневник, в котором указан способ убийства, а через несколько дней тело, с признаками именно этого способа.
─ Да, это очень странно! Но я этого не делала!
В кабинете повисла тишина, прерываемая лишь тиканьем часов на стене. Она казалась вечностью.
Я со всем согласна, совпадение слишком странное. Найти дневник с описанием метода убийства, а затем обнаружить тело, умершее именно таким же способом… Это похоже на подставу. Или на предупреждение. Но чье? И кому?
─ Отправлю на экспертизу. ─ двигает дневник в сторону. ─ Как давно вы ведете свой канал?
«Вы» от него режет слух.
─ Уже… ─ вспоминаю точную дату. ─ Восемнадцать месяцев.
─ Большая аудитория?
─ Сто восемьдесят тысяч подписчиков. Большие охваты… были. Сейчас как-то упали просмотры.
─ Криминальные хроники Алисы, так? ─ он запомнил.
─ Да.
─ Когда вышло видео про особняк?
Это допрос. И у меня нет ни единой возможности избежать правдивого ответа.
Его голубые глаза с серым холодным отливом кажутся непроницаемыми, как закаленное стекло. В них нет ни тени сомнения, ни проблеска эмоций, только холодный, выверенный расчет. Зрачки, узкие и темные, постоянно двигаются, быстро оценивая каждую деталь, каждое мое слово.
Он не просто смотрит ─ он вникает, анализирует, собирает невидимые фрагменты понятной только ему мозаики.
─ В тот же вечер. Я могу показать. ─ достаю из кармана телефон и лезу в свой аккаунт. ─ Вот. ─ кладу телефон перед ним.
Майор берет телефон, но видео не включает, он лезет в комментарии.
─ Скажите, Михаил… ─ вспоминаю отчество. ─ … Сергеевич, а правда, что на скотобойне нашли выпотрошенное тело?
Отрывает взгляд от телефона и смотрит на меня из-под бровей.
─ Допустим. Но эта информация не должна покинуть стены данного кабинета. Как и сегодняшние события. Это помещает расследованию.
─ Я не стану о таком болтать… Просто в 60-х годах в цеху скотобойни было обнаружено выпотрошенное тело. Тогда виновным признали мясника, который приревновал свою жену и разделался с предполагаемым соперником. ─ в его взгляде будто вижу вопрос «откуда знаю». ─ У меня где-то полгода назад выходил обзор на это расследование, в сети не мало информации, есть и имена, и фото обвиняемого. На канале можете посмотреть видео «ревнивый Мясник».
Возвращает мой телефон.
─ Вы можете быть свободны, вызову если понадобитесь. Лишнего в видео не болтайте и в особняк ехать еще раз не нужно, характер преступника неизвестен, он может вернутся на место преступления, а у меня и так работы достаточно, еще один труп ни к чему.
─ Оптимистично. Я все поняла. От меня не будет проблем. ─ дарю ему улыбку, но в ответ ничего подобного не получаю. ─ До свидания, Михаил Сергеевич.
Выхожу из здания и в голове вихрь мыслей.
Кто-то повторил давнее убийство на скотобойне. Кто-то повторил убийство, описанное в дневнике.
Кто-то...
Связаны ли новые убийства с прошлыми? Ведь и правда не похоже на совпадение…
Все так странно.