— Я все понимаю, детектив, — ответила она. — Благодарю вас, вы были очень тактичны в разговоре с детьми.
— Я ведь и сам отец! — улыбнулся Уорен.
Он кивнул менеджеру, и они вдвоем вышли из комнаты, закрыв за собой дверь.
Присцилла сидела тихо, не веря, что все закончилось. Она улыбнулась детям, которые тоже успокоились и стояли, глядя на нее.
Эми, с ангельским личиком, первая нарушила молчание:
— Мама, ты не показала нам твой сюрприз!
Марк добавил обиженным тоном:
— Ты так и не сказала нам, что ты сделала для нас, ты забыла.
— Нет, я не забыла, — ответила Присцилла.
Она обязательно расскажет им, что сделала для них. Но не сейчас, а когда придет время. Она расскажет, чем для них обернулась эта игра.
Нет, она не забыла. И никогда ей не забыть этот момент, когда Марк и Эми вбежали к ней в комнату, весело крича: «Угадай, что?» В полудреме она спросила: «Что?» Счастливые, дети потащили ее на террасу. Они спешили показать ей свой сюрприз. Показывая вниз, дети подпрыгивали и радостно припевали: «Угадай, что мы сделали для тебя?»
Маргарет Норрис
УТРЕННЯЯ ВСТРЕЧА
Вначале я едва обратил на нее внимание, как обычно бывает, если стоишь с кем-то вместе в кафе самообслуживания или укрываешься от дождя в подъезде.
Был вторник, пять утра. Мы стояли на тротуаре под часами, на углу Мэйн и Джеймс-стрит. Поеживаясь от холода, я поглядывал то в одну, то в другую сторону пустынной улицы, ожидая моего друга Реда. Я от нетерпения пнул сумку с клюшками для гольфа и выругался сквозь зубы.
— Нервы, нервы, молодой человек! — покровительственно и насмешливо прозвучал рядом ее голос.
Тоже мне нашлась воспитательница в пять утра! Резко повернувшись, я внимательно посмотрел на нее.
Она выглядела странно — полная фигура, обернутая в просторное, нелепого покроя твидовое пальто, на ногах разношенные туфли без каблуков, и все это венчали тщательно уложенные волнистые волосы под шифоновым шарфиком и аккуратно подкрашенное улыбающееся лицо женщины среднего возраста. Она выглядела так, как будто начала было одеваться, собираясь пойти на званый обед, но посередине приготовлений что-то неожиданно ей помешало, и, накинув сверху что попало под руку, она выскочила на улицу. Впрочем, судя по спокойствию, с которым она ждала автобус, сейчас она уже никуда не спешила.
У меня не было настроения болтать. Проклятый Ред! Что его заставляет так опаздывать?
— Тот, кто умеет терпеливо ждать, всегда бывает вознагражден, — и опять в ее голосе просквозила снисходительная насмешка.
Ну ладно! Может быть, я действительно выгляжу глупо, стоя здесь в пять утра на холоде с сумкой для гольфа, но кто она такая, чтобы надо мной смеяться? Самодовольное ничтожество. Всезнайка. Ненавижу этот тип.
Но я не мог уйти от нее на другой угол, потому что боялся, что Ред не увидит меня, и поэтому, прислонив свой мешок с клюшками к телефонной будке, просто отошел к входу в банк, где можно было прочитать заголовки утренних новостей.
Она подошла и встала рядом со мной.
— Я слышала об этом в ночном выпуске по телевизору, — сообщила она, — кто-то сбежал из Карновена. Убийца, сказали они. Если хотите знать мое мнение, такой тип не должен отдыхать в лечебнице. За решеткой, вот где им место. — Сейчас она не смеялась. Она вершила праведный суд.
— В Карновене есть решетки, — возразил я и, когда она взглянула на меня, добавил поспешно: — Их можно видеть, проезжая мимо. На каждом окне.
— Значит, их там недостаточно! Иначе такое не произошло бы. И мне кажется, называть маньяка «душевнобольным» просто глупо. Он настоящий псих, вот и все.
Мы стояли бок о бок, глядя на заголовок и на размытое фото сбежавшего пациента. Настолько нечеткое, что это мог быть кто угодно. А масса волос на лбу вообще наводила на мысль, что это женщина. Хорошо бы иметь пять центов, чтобы купить газету и прочитать всю статью.
— Как можно помещать таких туда, откуда они могут убежать и потом наводить на нас ужас?!
Она вовсе не выглядела напуганной, и я не стал с ней спорить. Я встречал в жизни таких, как она, — говорят без умолку сами и не слушают других. Я просто приходил в ярость, сталкиваясь с такими. И это никогда не доводило до добра.
От греха подальше я пошел назад к телефонной будке. Мимо проехал автомобиль, потом еще один. Прошел работяга со свертком ланча подмышкой, сонный, с полузакрытыми глазами. Но Ред так и не показывался.