Ей надо подняться на второй этаж. Полосатый кот бросается с кровати навстречу, мисс Уинтерс едва успела открыть дверь. Котик мяучит. «Единственный друг, а больше никто в мире меня не любит», — думает мисс Уинтерс. С котом она может иногда забыть о своих страхах. Кот придает ей уверенность в себе, ведь он сам такой беззащитный, любой может его обидеть, многие люди ненавидят котов, особенно бродяги.
— У-ти-мой-пушистик-хочешь-ням-ням? — сюсюкает мисс Уинтерс. — Мамочка пришла, мамочка тебя накормит.
Кот терся об нее и мурлыкал.
Мисс Уинтерс, все еще в перчатках, собрала драгоценные куски угля и чиркнула спичкой. Проклятый ветер, он через трубу плюнул на ее усилия, разметал огонь, засыпал пеплом туфли, которые она старательно начищала все утро.
Наконец пламя чуть-чуть затрепыхалось. Она поставила согревать воду на газовую плиту, а сама уселась в кресло-качалку рядом с камином. Кот моментально прыгнул ей на колени. Она обняла его. С котом она не чувствовала себя так одиноко. Единственная живая душа, с которой она могла общаться, с ним она забывала о своих страхах.
Кот встал на задние лапы, ткнулся носом ей в лицо. Она прижала его крепко в порыве нежности. Его зеленые глаза сверкали таинственно — две зеленые луны с золотистыми искорками.
Она вскочила, налила чаю для себя, немного молока в блюдце для своего любимца. Из сумочки она достала сахарную косточку, которую выпросила в столовой на работе. На косточке было немного мяса, и от нее исходил соблазнительный аромат. Мисс Уинтерс глодала кость, смотрела на голые стены, и в глазах у нее стояли слезы. Ей было себя жалко. Она всхлипнула и положила косточку перед котом. Забыв про молоко, кот жадно набросился на кость. Он громко урчал, помахивая хвостом.
Мисс Уинтерс сняла шляпу и принялась за свой чай. Она пила и смотрела на кота, любуясь его грацией, его волшебными зелеными глазами.
Ветер усиливался.
В комнату из всех щелей полз холод, по мере того как за окном сгущалась темнота, холод становился все невыносимей.
Мисс Уинтерс сняла пальто, нагрела свою фланелевую рубашку перед камином. Она положила бутылки с кипятком на кровать, между ледяными простынями. Взяв кота в охапку, мисс Уинтерс забралась в постель и укуталась как можно плотнее. Она прочитала несколько страниц из любовного романа, который всегда помогал ей уснуть, и выключила торшер.
Среди ночи она проснулась. Ветер, будто ему было мало мучить ее весь день, не давал ей покоя даже ночью. Он выл страшно, стучал в окно, колошматил рамами, которые мисс Уинтерс заткнула плотной оберточной бумагой, взятой в мясной лавке, и все равно казалось, что стекла сейчас вылетят.
Что-то проскрежетало сверху, на крыше, и продолжало прыгать. Спать было совершенно невозможно. Холод, дикий холод сковывал лицо, руки, ноги. Кипяток давно остыл, не оставив ни малейшей надежды на сон и комфорт. Она включила свет, будто со светом было теплее. Кот весь издергался, вылез из-под одеяла и нервно расхаживал по кровати.
Налетел особенно сильный порыв ветра. Все засвистело и завыло снаружи, стекло треснуло и разлетелось по комнате как шрапнель. Кот подпрыгнул с испуга и грудью встретил страшный осколок, похожий на зазубренное копье. Жалобно мяукнув, кот свалился на желтый ковер, капли крови вокруг — словно лепестки алой розы.
Мисс Уинтерс встала с кровати. В душе был ледяной холод. Такой холодной и яростной бывает только месть.
Она прошла по осколкам и подняла безжизненное тело. Любимые зеленые глаза застилал мертвенный туман, кровь капала на ее чулки, теплые крупные капли крови.
Она долго стояла неподвижно. Затем положила кота обратно на пол и сказала нечто бессмысленное:
— Ну хватит, это уже слишком!
Она знала теперь, что должна делать, а потому сразу успокоилась. Подошла к постели и стала срывать простыни, одеяла, задумчиво посмотрела на большой вышитый пододеяльник и решительно бросила его в общую кучу.
Как это она не додумалась раньше! Она должна поймать ветер и крепко привязать его к чему-нибудь прочному, чтобы он уже никуда не сорвался и не убежал. Он больше не будет мучить женщин по ночам, пугать их своим ревом, убивать их котов! Она обулась, взяла сверток с простынями и вышла из дома.
— Кто-нибудь видел ветер? — спрашивала она словами детской песенки.
А ветер трепал ее сорочку и пытался вырвать из рук простыни и одеяла.