— Отлично, сеньора, — сказал он наконец. — Вы ненавидите меня, но мне нужна сегодня женщина. Если ею не желаете быть вы... — Он подошел к двери и, открыв ее, позвал: — Джальна! Зайди сюда.
Через мгновение индусская девушка была в комнате. Она бросила смущенный взгляд на Изабеллу, которая все еще сидела на кровати голая, с закрытыми глазами, даже не пытаясь прикрыться простыней.
— Я лягу с тобой этой ночью, Джальна, — сказал Уильям.
— Да, хозяин. — Джальна склонила голову и повернулась к двери.
— Здесь и сейчас, — остановил ее Уильям.
Девушка удивленно посмотрела на него. Глаза Изабеллы широко открылись.
Сари Джальны, казалось, вот-вот соскользнет с ее тела, когда она сделала неуверенный шаг в сторону кровати.
Изабелла торопливо поднялась и поспешила через комнату за своей ночной рубашкой.
— Что вы хотите сделать? — поинтересовался Уильям. Она колебалась.
— Предоставить вам необходимое уединение.
— Мне нечего скрывать от собственной жены! — прорычал Уильям. — Вернитесь в постель.
Изабелла посмотрела на софу. Джальна уже взобралась на нее и сидела, скрестив ноги, посреди подушек.
— Вы не можете требовать, чтобы я осталась, — запротестовала Изабелла.
— Да, я хочу, чтобы вы остались. И к тому же держали глаза открытыми. Хочу, чтобы вы поняли: мужчина и женщина оба могут получать удовольствие от интимных отношений. А сейчас возвращайтесь-ка побыстрее в постель.
Изабелла, поколебавшись, подчинилась мужу. Ее плечи нечаянно коснулись плеч Джальны, и по телу пробежала дрожь. Она резко отодвинулась на край постели.
Уильям похотливо смотрел на них: две совершенно обнаженные женщины, причем настолько разные, насколько это вообще возможно.
— Я самый удачливый человек, — сказал он, укладываясь рядом с ними на подушках.
Джальна превзошла самою себя, и давая и получая. А Уильям после столь долгого воздержания был способен восстанавливать свою страсть снова и снова. Когда он наконец откинулся на подушки совершенно опустошенный, держа Джальну на изгибе своей руки, Изабелла вымолвила:
— Могу ли я теперь уйти?
— Нет, — бросил он. — Вы моя жена, и вам надлежит спать здесь.
Спал он крепко, обнимая Джальну. Изабелла невольно почти касалась его спиной. Проснулся он с невероятным чувством легкости на душе.
Погладил грудь Джальны, и ее глаза сразу открылись.
— Оставь нас, — шепнул Уильям ей на ухо. Джальна забрала сари и направилась к двери. Ей не терпелось посплетничать со своими товарками-наложницами.
Уильям перекатился, чтобы ближе рассмотреть разметавшиеся черные волосы и белое тело жены. Изабелла всю ночь тянула на себя простыню, а сейчас муж решительно откинул ткань с ее тела.
— Вы не насытились, сеньор? — мягко спросила она.
— Вами нет. Не думаю, что это вообще возможно.
Он сунул руку ей под спину и одним движением перевернул так, что она оказалась наверху, на нем. Молодая женщина испуганно вскрикнула и попыталась перекатиться дальше, но он удержал ее. После недолгой борьбы она затихла у мужа на груди, краска залила ее лицо.
— Вы животное, — сказала она. По щекам текли слезы.
— И это благодарность за то, что я люблю вас?
— Любите... — Ее лицо искривила гримаса, когда его плоть стала подниматься у нее между ног. Изабелла быстро сдвинула их, а затем снова раздвинула, ведь член был между ними.
Рука Уильяма скользнула по спине жены к шее и притянула ее голову к его лицу.
— Я люблю вас, — сказал он, целуя Изабеллу. — И хочу любить еще сильнее. Вы моя. Отдайтесь, Изабелла, и я обещаю вам большое счастье.
Она внимательно посмотрела на него — их носы почти соприкасались, дыхания слились — и перестала всхлипывать, хотя слезы на щеках еще не высохли.
Он почувствовал, что ее ноги задвигались по его ногам, а рот коснулся его рта.
Три месяца спустя Елена с гордостью объявила всем, что Изабелла беременна.
Та первая капитуляция оказалась кратковременной. Изабелла уступила мужу, чтобы тот не заподозрил, насколько глубоко она презирала себя за присутствие при совокуплении Джальны и Уильяма. Но не только это восстанавливало ее против него. К следующему вечеру ее холодность вернулась. А Уильяму пришло время возвращаться к своим обязанностям во дворце, поэтому он не был уверен, будто чего-либо добился в отношениях с женой. Джальна, по крайней мере, была восхитительна.
Гнев его вспыхнул с новой силой, когда однажды он принес жене цветы и сладости, а подарок приняли с холодным безразличием.