Весь день продолжалась страшная работа, воздух был полон душераздирающих криков и стонов умирающих мятежников.
Наконец лес из трехсот колов с жуткой ношей на каждом вырос перед Моголом.
— Позвольте принцу Хусро проститься со своими соратниками, — приказал Джахангир.
Слона принца вывели вперед и медленно провели вдоль рядов мертвых и умирающих, причем так близко, что несчастных можно было коснуться рукой. Хусро стал бледен, как полотно. Из его единственного глаза вытекла слеза.
После этой процедуры его снова привели к Моголу.
— А сейчас поужинаем, — объявил Джахангир. — После еды нас ждет еще одно развлечение.
Приблизительно в это время Елена входила в дом губернатора Диу. Ее встретили не очень любезно. Дон Энрике, конечно, уже получил послание от Джахангира. Несомненно, он поверил сообщению об участии Уильяма в убийстве Акбара и ближайшем подавлении мятежа Хусро.
— Вы собираетесь отослать нас обратно в Агру? — спросила Елена.
— Я не сделаю этого, — возразил губернатор. — Но чем быстрее вы уедете отсюда, тем будет лучше для всех.
— Я должна остаться здесь до тех пор, пока мой племянник или его супруга не приедут или пока я не получу от них послания, — настаивала Елена.
Дон Энрике воздел глаза к небу: он находился в затруднительном положении. Если заставить женщину уехать, а Хусро победит, сохранив за Блантом пост командира гвардии Могола...
— Будем надеяться, что все скоро прояснится, — проворчал он.
Дон Педро Домингес отнесся к Елене с явной неприязнью, а к детям и того хуже. Ричарду исполнилось три года. У него были отцовские черные волосы, а цвет лица намного светлее, чем у Уильяма. Привлекательные черты он унаследовал от раджпутской бабушки.
Лаура выдалась больше в мать, обещала в будущем тоже стать красавицей, но была смуглая, как и брат.
— Итак, теперь вы изгнанники, — презрительно усмехнулся дон Педро. — После всех ваших прекрасных слов.
— Вы не рады видеть своих внуков? — прошипела Елена.
Он снова посмотрел на детей.
— Где моя дочь?
— Она в пути.
— Тоже изгнанница?
— Не совсем так, дон Педро. Могол мертв, убит собственным сыном. Мой племянник служит у принца Хусро. Они хотят отомстить за Акбара. Племянник решил своих детей сохранить в безопасности. Вам следует уважать его за это.
— А если он потерпит поражение?
— Если это случится, он и ваша дочь присоединятся к нам здесь. И мы все отплывем в Англию.
— В Англию! — с презрением произнес Домингес.
— Мне говорили, что Англия и Испания сейчас пребывают в мире.
— Да, сеньора, мир был заключен. — Домингес, казалось, не осознавал еще значения сказанного.
— Тогда не о чем спорить. Но поскольку я не нашла гостеприимства в вашем доме, пойду искать более приветливый.
Домингес нахмурился, задумавшись.
— Прошу вас остаться, сеньора, до приезда моей дочери.
Елена решила принять его не слишком приятное для нее приглашение. Хотя у нее имелось достаточно денег, но неизвестно, как долго ей придется жить на них. А продавать свои драгоценности здесь, в Диу, она не собиралась.
Ей оставалось только ждать. Елена сдерживала себя, как могла. Сидя на берегу, пока дети играли, размышляла над тем, что готовит ей будущее. Ее жизнь резко изменилась к худшему со дня смерти Акбара. Раньше она никогда не испытывала не только страха за себя, но даже и беспокойства.
Теперь все в прошлом. Ее глодало предчувствие, что Уильям не вернется. Оставалось только молиться, чтобы Изабелле удалось добраться к ним целой и невредимой.
А тут еще приходилось иметь дело с домочадцами Домингеса. Она была всегда на виду, и времени для раздумий не оставалось. Ей во всем чинили трудности. Ни донья Маргарита, ни дон Педро не могли простить, что Изабелла оказалась в смертельной опасности.
Однако донья Маргарита все же оставалось женщиной и к тому же бабушкой. Она беспокоилась о своей дочери, ненавидя и презирая грубого индуса, каковым считала Уильяма, но ей трудно было противиться зову сердца, глядя на внуков.
Дон Педро — другое дело. Глядя на детей, он видел только раджпутских выродков Уильяма. Когда же он смотрел на их опекуншу, видел только женщину, которая однажды отвергла его с презрением.
— Сеньорита Блант, — обратился он к ней, застав одну на террасе своего дома, когда та смотрела на пролив, наблюдая за паромом, соединяющим остров с материком. — В последнее время ситуация изменилась.
Елена слева направо окинула взором окрестности.