- Мили... - со всей нежностью прошептал я и прикоснулся к ее руке так осторожно и невесомо, словно Мили могла раствориться в воздухе, если я дотронусь её. - Прости меня. Поверь, я не хотел причинять тебе столько боли, и ты имеешь полное право меня ненавидеть...
- И всё-таки почему? - перебила она меня. - Почему ты принял решение порвать со мной? - вытирая выступившие слёзы и размазывая макияж одной и той же рукой, задала Амели поясняющий вопрос.
- После того, как ты узнала обо всём, я заметил, что ты изменилась в отношении меня. - поникшим голосом отвечал я, не отпуская её второй руки, а Мили, к счастью, не вырвала ту. - Ты стала избегать моего взгляда и прикосновений. Почти не говорила со мной. Я думал, ты возненавидела меня... И ты была бы права. - с усталой грустью заключил я и сжал её ладонь.
Больше слов не было... Десятки раз я прокручивал этот диалог у себя в голове, и у меня было бесчисленное множество вариантов, как объяснить Амели, почему я поступил так, а не иначе. А сейчас я не мог сказать ничего. Да, я должен раскаиваться, молить о прощении, но Мили это вовсе не нужно. Ни одно моё извинение не поможет её забыть о том, что произошло, и вряд ли облегчит боль. Да и чем больше мы говорили об этом, тем хуже становилось нам обоим, ведь за эти три месяца каждый из нас побывал в личном аду.
- Я никогда не ненавидела тебя. Даже после всего. Даже после письма. - вдруг заговорила Амели, упершись взглядом вглубь рощи, которая в свете ночных фонарей, выглядела ещё жутче. - И как ты мог судить обо всем, если прошли всего лишь сутки? Я ведь ничего тебе не говорила, и уж тем более не намекала на то, что хочу прекратить наши отношения. Мне нужно было время, чтобы переварить всё это, поэтому я не хотела в тот момент ни разговоров, ни чего-то большего. Не потому что я тебя разлюбила или возненавидела, а потому что в тот день произошло слишком много всего, и я посчитала нужным сосредоточиться на "SA", а потом уже на нас...
- Прости меня, Амели. Я искренне надеялся, что без меня ты будешь счастлива. Что ты хочешь, чтобы я ушёл. Я клянусь тебе, всем чем пожелаешь, я никогда не хотел оставлять тебя и причинять столько страданий. Я знаю, что это ничего не меняет, но я люблю тебя, Мили. Так же сильно, если не больше. - сказал я и увидел, как по щекам Амели градом полились слёзы, но прикоснуться к ней более, я не осмелился.
Было ощущение, что в повисшем между нами молчании, можно услышать отголоски слов, что мы только что сказали друг другу. Хотя, скорее всего, я уже просто схожу с ума, а о состоянии Амели я и не берусь судить, ведь такой я не видел её ни разу. Сжав губы, Мили роняла слезы на белый камень и делала глубокие вдохи, что заставляли дрожать её грудную клетку. Я оставался не подвижен, ведь сейчас Амели должна принять решение, - простить меня или нет, - а мои прикосновения будут только отвлекать её.
Но могу сказать, что Мили, на удивление, достаточно быстро успокоилась (видимо, это была её индивидуальная магическая способность). Она освободила свою правую руку из моих тисков и стерла соленые следы со щёк, а затем вновь обратила все своё внимание на меня.
- Обычно, после таких диалогов, главный герой страстно целует главную героиню. - как ни в чем небывало сообщила Мили, а через секунду мы уже следовали всем книжным канонам в отношении поцелуев.
Пиджак свалился с её плеч наземь, но Амели не обратила на этого ни малейшего внимания, и лишь крепче вцепилась в мои подтяжки, и одновременно и, смеясь, и плача, целовала меня. Я не отставал, и мы не разомкнули объятий, пока у нас обоих не кончился кислород в лёгких. Я не мог поверить, что её нежные губы снова прикасались к моим, а я своими пальцами, как раньше, поглаживал её обнаженную спину, посылая мурашки по всему её телу. Будто бы в наказание, Мили укусила меня за нижнюю губу, но я лишь крепче сжал девушку в своих руках.
Отстранившись на мгновение, чтобы перевести дыхание, мы продолжали улыбаться и смотреть друг на друга, словно встретились впервые в жизни. Я так давно не видел её улыбки и этого самого блеска в малахитовых глазах, что уже и забыл, каково это - становиться счастливым только потому что счастлив тот, кого ты любишь всем своим сердцем. Через секунду Мили тихо вскрикнула и потёрла плечо. Я посмотрел на её «обидчика», что прилетел с другого конца балкона, и мой взгляд упал на букет, что, по-видимому, бросила Селин.