"Стоп!"
Кто он вообще такой, чтобы разговаривать так со мной или с кем-то из моей команды?! И неважно, кто он и кем меня считает, менеджером по рекламе или же ведущим редактором, он не вправе вести себя, как расфуфыренный индюк и тыкать меня, или кого бы то ни было в этой комнате носом в проблемы моего издательства.
– А позвольте узнать, когда, как вы выразились, наше издательство село в лужу? – не сводя с него гневного взгляда, процедила я сквозь зубы.
Гнев накатывал на меня с такой же скоростью, с какой волны в Тихом океане накрывают собой судна во время шторма. Оцепенение спало с меня и осталось лишь желание придушить этого грубияна. Даже несмотря на то, что выглядел мой собеседник сейчас не менее грозно и опасно, чем я.
– Что? – только и сказал парень, словно сомневаясь, что я обращалась к нему. Видимо, тот был уверен, что после его тирады, я даже вздохнуть не посмею.
– Я спросила, - одарив его самым уничтожающим взглядом, какой приберегала лишь для особенных случаев, произнесла я, - с чего вы взяли, что наше издательство село в лужу? И кто ты вообще такой?
Если бы существовал прибор для измерения нервного напряжения между людьми, то поставь его в эту секунду между нами, он бы попросту взорвался. Хоть по натуре, я не особо конфликтный человек, но в этом мире есть три вещи, за которые я могу изничтожить обидчика: семья, Селин и "SA". И в эту секунду, я готова была порвать в клочья этого пунктуального умника.
– Меня зовут Гидеон Вудд, - отчеканил он и состроил гримасу, что, скорее всего, должна была напоминать приветливую улыбку, - и если бы вы соизволили прийти сюда к назначенному времени, мне бы не пришлось, как попугаю, повторять, что Мисс Рейя поручила мне наладить работу маркетингового отдела и попытаться хоть как-то исправить эти жалкие цифры ваших продаж, – распинался он, всем видом показывая своё превосходство не только надо мной, но и над всем миром в целом.
"Вот честно, сейчас он больше напоминал павлина, а не обещанного попугая"
Сократив расстояние между нами, он остановился у края стола, где находилась я, и, бросив стопку бумаг на стол прямо перед моим носом, продолжил:
– Можете ознакомиться, если не верите, у нас ведь демократия. - с нарочито дружелюбным выражением лица, оглядывая меня с ног до головы, произнёс он и сделал шаг назад. - А мы все дружненько вас подождём, мисс.
С опаской взяв документы в руки, словно это была змея, я начинаю неспешно просматривать дашборды, и с каждой страницей все больше поражаться аналитике в них.
Начиная собственное дело, я попыталась как можно дальше отгородиться от бумажной волокиты и видеть положение вещей в издательстве своими глазами. Но видимо, оставить коммерческий отдел без присмотра было не лучшей идей. Такое ощущение, будто бы они вообще ничего там не делают. Их задача ясна, как день: продать. Всё! Но они даже с этим не справились.
Всё, конечно, не настолько плохо, как преподнес этот Мистер Тук, или как он там представился, но в одном он прав: у нашего издательства явно проблемы, ведь продажи продолжают падать, хоть я и надеялась, что это временная проблема.
Гидеон, видно, не рассчитывал, что я всерьёз начну разбирать эту стопку, но заметив, что торопить меня никто не решается, молча ждал моего слова.
– Значит, ты – наш новый маркетинговый директор? – отложив бумаги в сторону, наконец, обратилась я к истукану, вспоминая о том, что до недавнего времени, данная должность в "SA" была весьма вакантна.
– Не "ты", а "вы". - Гидеон прочистил горло. - Но да, все верно. С сегодняшнего дня я возглавлю маркетинговый и PR-отделы "SA". - проговорил он, вновь пытаясь уничтожить меня взглядом, но потерпел поражение. Ведь я лишь улыбнулась, а когда он это заметил и опустил взгляд на мои губы, доля его решимости заметно поубавилась.
– Ого... PR-отдел... Да ещё и отдел по маркетингу... Неплохо для обычного смертного. – медленно заключила я, смотря на него с наигранным восхищением, пытаясь не обращать внимания на беспокойный стук сердца в груди. Амели Лоял соберись и раздави его, будто он надоедливая букашка! – А ничего не порвётся? – спросила я и многозначительно взглянула на парня, что нервно оттягивал ворот своей белоснежной рубашки, такой же идеальной, как и всё в моём собеседнике, за исключением манер и характера. А по кабинету тут же пронеслись сдавленные смешки.