- А тебе, как я понимаю, оно уже всё показало, да? - спросила я и ухмыльнулась, глядя на мечтательного Макса.
"Мечтательным" ещё года эдак три назад, его бы точно никто не назвал, может разве что - "мечтой", ведь в то время он и был Ею для большинства девчонок, которым повезло иметь совмещенные пары с Максвеллом. Для меня он так и останется одним из самых красивых парней, что мне довелось встретить, ведь для девочки из богом забытой Аляски, парень с волосами цвета платинового блонда (что сейчас, похоже, вернули свой родной - пшенично-золотистый оттенок) и синющими глазами, что могли растопить весь снег в Хомере - это был принц из сказки. И сейчас я даже немного жалею, что тогда всё же отказала ему...
Хотя, как показывает практика, брюнеты тоже ничего, а в глаза такого же цвета, что и у тебя, смотреть куда интересней, ведь создается странное притяжение. Вроде тот же изумрудный блеск, что ты видишь каждый день в зеркале, но что-то всё равно делает их совершенно непохожими...
"Чтоб тебя! Надеюсь, ты обыкался на своём супер-пупер романтичном свидании, Гидеон-Мать-Твою-Вудд!"
- Неа, но поглядим, как будет. - сказал он все еще типичную для себя фразу. - Но не уходи от темы. Сколько ты ещё планируешь оставаться в девах, а? Тот парень вроде ничего, вы вместе?
- Что? Ты о ком?
- О ком? А... Ты не понимаешь, да? - игриво вопросил мой собеседник и улыбнулся во все тридцать два зуба, а я, чтобы не смотреть ему в глаза, вновь отвернулась и посмотрела на знакомые красными домики, что виднелись у нас на пути. - Амели, я женат, так что могу по опыту вытянуть из тебя ответ на любой свой вопрос.
- Так вот как ты уговорил свою ненаглядную выйти за тебя... - делая ещё один глоток, пробубнила я.
- Амели Лоял!
- Нет. - громогласно объявила я. - Не понимаю и не хочу. - добавила я и уже хотела перевести тему, как Максвелл вдруг вскрикнул: "Гидеон!". - Что?
- Ну, тот парень, который крутился около тебя как жук-навозник на этой... Как её? Презентации, о! Гидеон, по-моему, так его зовут. - пояснил Макс, а я даже не нашла, что ответить на это. Но радует, что хоть в чем-то мы были солидарны в отношении Вудда.
"Надо будет его так и перезабить в телефоне: "Жук-навозник""
- А. Этот... - сухо ответила я и бросила опустевший стаканчик в урну в виде птички. - Нет. Нет. И ещё раз нет.
- А что так?
- У него есть девушка и прямо сейчас у них свидание.
- Не круто. О, - вдруг сказал Максвелл, - пришли. Это и есть, то самое великое издательство "SA"?
- Именно так. - с гордостью ответила я, вместе с ним разглядывая вывеску, что видела не меньше сотни раз, но гордыня во мне никогда не устанет ею любоваться.
- Ну, тогда пока, Амели. Рад был повидаться. - сказал он, и его лицо озарила теплая улыбка. Максвелл развел руки в стороны, приглашая меня в свои объятия, на что я тут же ответила и со всей силы попыталась сдавить его, как можно крепче.
Ещё одно полезное свойство старых друзей: можно вести себя глупо и по-детски, и никто тебя не осудит и не посмотрит косо. Потому что, как мне кажется, в их глазах ты навсегда остаёшься Амели - милой девушкой со своими причудами, а не Мисс Лоял - независимой букой, карающей людские души, если они не сдали квартальный отчет в назначенные сроки.
- А я-то как рада. Заглядывай если что. - бросила я и постояла еще немного, глядя на уходящего Макса, а потом обратила свой взор на до боли знакомый черный спорткар.
"Вряд ли он оставил здесь свою машину намеренно. Не повез же он свою девушку на свидание на такси? А может, он понес её на руках? Это даже вполне в его стиле. И все-таки, вряд ли"
Зайдя в офис издательства, по дороге к своему кабинету отвечаю на вопросы ребят о том, как прошла презентация, но специально игнорирую главный вопрос о мероприятии. На нем были не все сотрудники "SA", но во что вылилась ни одна неделя плодотворного труда, интересовало как раз-таки каждого. Когда всех привлекло моё появление, и вокруг меня образовалась довольно большая кучка народу, я всё-таки сказала:
- Всё прошло просто прекрасно, и в честь этого, объявляю рабочий день оконченным! - величественно провозгласила я, и тут же все начали друг друга поздравлять, а Авани (которая, как всегда, трудилась больше всех) даже бросилась к Эндрю на шею, но, видно, тот был не против.