- Значит, им не нужна работа.
- Ну а что будет с Селин и Амели? - поинтересовался я и заметил, как у отца дернулся кадык. - Ты просто выбросишь их на улицу? Или они всё же достаточно приличные сотрудники для твоего издательства?
- Если мы всё решим "полюбовно", то они останутся с приличной суммой от продажи их долей в "SA". Я уверен, что они смогут протянуть на неё, пока не найдут новые места работы. Тем более, я слышал у Мисс Рейи небедный жених, так что без штанов не останется. - Откуда ему известны такие подробности о Селин? - Ну а если ты так трясешься за Амели Лоял, то вспомни, сынок, что семья твоей ненаглядной владеет крупнейшей сетью отелей по всему Пиренейскому острову. - проговорил отец, испепеляя меня взглядом и водя пальцем по кромке стакана.
"SA" для Амели, Селин, Джобса, Мартина, Грэхема, да даже для вечно опаздывающей Авани - это не просто место заработка. Это издательство для них - второй дом, ведь все они изо дня в день вкладывали по кирпичику в фундамент "SA", чтобы сейчас оно смогло конкурировать с кем-то вроде "Gerook" или "VolWave". Перенаправить их работать в другие издательские дома – значит, лишь их дома и обесценить их старания Я не могу позволить отцу, совершить это.
- Помнишь день, когда мама умерла? - вдруг вопросил я, теряя последнюю надежду образумить своего собеседника.
- А это-то тут при чём? - встрепенулся отец, как всегда, когда речь заходила о маме.
- В тот день ты держал её на руках и кричал, что она - самое дорогое, что есть в твоей жизни, что ты не можешь её потерять.
- Ты думаешь, что я когда-нибудь смогу забыть это? - тихо спросил отец и с вызовом посмотрел мне в глаза, но я уже устал спорить.
- Тогда ты должен понять меня.
- О чем ты?
- Я не могу потерять Амели, отец. - со всей возможной серьезностью ответил я, смотря прямо в его янтарные глаза. - Она для меня, как мама для тебя. Если Амели потеряет "SA" и узнает, что я хоть как-то приложил к этом руку, она никогда не простит меня...
"Я и сам себя никогда не прощу..."
- Перед тем как уйти, твоя мама попросила меня не ставить тебе подножки, - после весьма продолжительного молчания, вдруг заговорил отец, - и возможно, сейчас - как раз, то самое время для того, чтобы я отошел в сторону.
- Ты хочешь сказать, что оставишь "SA" в покое? - с недоверием спросил я, смотря на отца, хмурый взгляд которого был направлен куда-то вдаль.
- Я сказал "возможно". Но я обещаю тебе, подумать об этом.
- Спасибо, пап. - совершенно искренне сказал я, но в ответ не услышал ничего, ведь отец обратил всё своё внимание на, вернувшегося бармена, который тут же выполнил его просьбу в виде двойной порции бурбона.
Выйдя из бара и, впервые за последние два месяца почувствовав, как камень, что давил мне на грудь стал не таким тяжелым, как прежде, я обнаружил, что для полного счастья, мне не хватает кое-кого ещё.
Амели наверное места себе не находит в этом балагане, так что надеюсь, Ричи и Лори не бросили её страдать в гордом одиночестве. Не тратя больше ни секунды, я отправился на поиски Мили. Обыскав каждую из беседок, - даже ту, что служила пристанищем для самой свадебной церемонии, - и, обнаружив, что Амели нигде нет, я вернулся в ту часть, где располагались бар и гардеробная. Я уже взял своё пальто и собирался выйти на улицу, как услышал до боли знакомый голос.
"Тот самый голос"
- Гидеон?
"Беатрис..."
Беатрис Элстен была моей первой любовью и, - как казалось мне пару месяцев назад, - последней в моей жизни. Мы познакомились весьма скомкано, ведь оба хотели сбежать с одного из многочисленных званых обедов, что были неотъемлемой частью наших жизней. В то время Беатрис показалась мне самой красивой девушкой из всех, что я когда-либо видел. Она была веселой и настолько необычной среди всех этих расфуфыренных особ, что я подумал, будто бы влюбился с первого взгляда. Потом, видимо, убедил себя в этом настолько (конечно же, не без помощи отца, ведь родословная у Беатрис - то что надо), что привязался к ней, как к своей левой ноге. И именно это сделало наше расставание таким болезненным для меня.
- Беатрис? - я уже хотел спросить: какого черта она здесь забыла? - но как бы резонен не был этот вопрос, учтивым его точно не назовёшь. Почти минуту мы простояли друг на против друга, не произнеся ни слова. Я уже хотел было уйти, как почувствовал руку на своём плече.