Саша потянулась вперед и поцеловала спасителя в щеку и во взгляде ее определенно точно читалась благодарность, которую она ощущала с головы до кончиков пальцев. Жуть какая страшная яма с самой омерзительным наполнением. Губы коснулись теплой щеки. И хоть поцелуй был легким и совсем невинным «чмоком» благодарности, от живого, откликающегося тепла, внизу живота сладко заныло. Почувствовал это Аорон или нет с него вдруг слетела самоуверенная бравада, заодно прихватив с собой улыбку. Саше даже показалось, что он смутился. Может в их культуре не принято целовать в щеку или это имеет какой-то подтекст. Рыжий драгэти исчез на мгновение и появился на диванчике, где спала…
– А где Гелла? – удивилась Саша, только что заметившая отсутствие сиделки.
– Потребовалась ее помощь. Я пообещал присмотреть за тобой, – серьезным тоном ответил Аорони и жестом указал на кофе.
Саша сделала несколько глотков прекрасного латэ и впервые за много дней прочувствовала, как хорошо жить и не была уверена, что эту мысль вызвал кофе.
– Расскажи о похищении, – потребовал Аорон, задержал взгляд на Сашиной груди и когда понял, что пойман за этим взглядом, просто добавил: – Вкусно?
Вспоминать о событиях той ночи не хотелось. Рассказ клеился плохо, слова не подходили друг к другу, мысли не складывались ровным повествованием, но томная, глубокая ночь вместе с Аороном слушали внимательно, не перебивая и изредка поддакивая.
– Спасибо, – еще раз сказала Саша в конце вымученного рассказа, – как-то можно очистить лес от ловушек?
– Можно. Убираем, но мориспен ставят новые и всё ближе к укреплению. Обложили со всех возможных сторон. Невероятно как они могли преодолеть Падову бездну с той стороны укрепления, где весь путь усеян смертью…нет, такое без драгэти не пройти. Либо он проводил и вернулся в безопасное место – что совсем не понятно, слишком большой риск попасть в плен, либо мори двигались по хребту на свой страх и риск и уже возле потайного хода увидели бангки. И боги удачи, к сожалению, помогли им. Хорошо будет, если ты согласишься пожить рядом с вестниками, – осторожно, словно «прощупывая почву» предложил Аорон. На подносе с кофе появился точь-в-точь такой же браслет, который был разбит в яме с липкой жижей и золотое кольцо с овальным молочного цвета камнем. Если надавить на камень и сдвинуть в сторону, то получится точно такой же, слышимый только драгэти звук, какой получается при разрыве звеньев браслета.
– Бурый повел себя необычно. Но это еще ничего не обещает. Раз – повезло, два – не повезло. Нужно соблюдать разумное поведение с драконами: не подходи к ним без вестников.
– Даже к Бурому, – удивилась Саша, в душе убежденная, что после пережитых вместе испытаний дракончик не причинит ей вреда.
– И к нему тоже, – рассудительно сказал Аорон и погладил подбородок, прислушиваясь и приглядываясь к девушке, будто желая подтвердить какие-то свои догадки.
– Хорошо, – пообещала Саша, опустив глаза и покрутив кружку по столику.
– Не убедительно, – сказал драгэти, смягчив резкость слова бархатистостью голоса.
– Хорошо! Обещаю! Да, да, не буду тайком ходить к Бурому. Так вы с Грисом такие спокойные, потому что решили сделать из меня приманку для зеленых людоедов. Ведь так? Обвешайте звенящими побрякушками и будете ждать, когда приманка сработает.
Молчание Аорона затянулось. В этом взгляде варились тысячи эмоций и мыслей, которые никогда не будут сказаны вслух, тысячи тяжелых металлов накатывались друг на друга волнами. Тягучая, жирная злость на всю беспомощность могучей властей в его руках обрушивалась волной за волной, накатывала и сдавала назад.
– Не надо так, – послышался голос драгэти, хотя его рот при этом оставался закрытым, – боги пожелали нам такого выбора. Те трое пришли именно за тобой. А значит, кто-то из землян успел рассказать, откуда он появился в Горыянцы. Можно инсценировать твою гибель, но они не поверят. Мы перебрали много вариантов и решили: в этом даже есть хорошая сторона. Теперь мы точно знаем, куда они придут. Фицы всё сделают ради возвращения в Голубую Длань, это то самое слабое место, которое мы так долго искали. Они обязательно придут и обязательно допустят ошибку. Мы сможем защитить тебя, Саша: прошу, делай, как говорят, слушай нас. Больше от тебя ничего не требуется. Боги разыграли свою игру, нам остается благодарить и сделать всё возможное, чтобы переломить ход войны.
Саша должна быть признать справедливость сказанного. Никто ни ее, ни вестников не спрашивал: хорошо это будет или плохо, согласны – не согласны. Мир как есть. Попросить инсценировать собственную смерть – такая мысль приходила Саше, и если мориспен поверят: до конца жизни прятаться в каменных лабиринтах укрепления и видеть в лучшем случае разносчика еды сомнительное удовольствие.