Мы пошли по округе, чтобы найти какие-нибудь подходящие, пригодные материалы и нашли в километре от аэродрома свешивающиеся с опор и частично лежащие на земле изолированные провода, оставшиеся от работавшей когда-то электрической линии или линии связи, а теперь, видимо, никому ненужные, иначе они были бы подобраны, если не находятся в деле. Мы, не теряя времени, демонтировали эти провода, принесли на место работы, нашли крепёжные материалы и инструмент и начали работать. Провода мы подвесили, натянули их в несколько рядов и закрепили на стойках. Таким образом, огородили площадку для предстоящих тренировок в стрельбе. Задание выполнили мы беспрекословно, точно и в срок, и довольные сделанной работой, пришли и доложили об этом нашему командиру.
Он пошёл, проверил исполнение своего приказа, удивился быстро выполненному заданию и одновременно испуганно спросил: "А где вы взяли провода?" Вы не разрушили важную связь? Нарушители, недотёпы, доверять вам ничего нельзя!" А как узнать, была ли эта линия рабочей? Испуг, нервозность, трусость, казалось, пропитали его всего. "Но, позвольте, товарищ командир, не согласиться с вами, ведь вы приказали проявить солдатскую находчивость, с тем, чтобы найти все материалы, и мы выполнили ваш приказ, какой ещё с нас спрос?" Мы попытались его успокоить в том, что ничего страшного нет, и провода эти были неработающие, и беспокоиться не о чём. Отдавая приказание выполнить эту работу, он не подумал о том, а где и как мы достанем материалы, не удосужился и не позаботился заранее о том, как нужно и как можно сделать работу. Он мог бы обратиться к вышестоящему командиру за помощью, который, имея больше возможности, пояснил и помог бы изыскать необходимые материалы. А отдать приказание, не думая и не заботясь, как оно будет выполнено, или не выполнено, может любой дурак. И кричать, бесноваться, безумствовать после правильно или неправильно сделанной или несделанной работы не нужно не ума и не образования. Для того, чтобы организовать какое-либо полезное дело, пусть самое простейшее, надо предусмотреть все аспекты, все стороны, все детали этого дела. Только тогда и дело и работа будут выполнены толково и качественно, и не вызовут вопросов.
Ю. Сахалин. Большая Елань. 1952г.
83. СТРОИТЕЛЬСТВО АЭРОДРОМА.
Нас, группу солдат вызвал командир майор Богачёв и выдал задание поехать в командировку на место предполагаемого строительства аэродрома вблизи посёлка Хомутово на Южном Сахалине и построить деревянный стандартный дом для отдыха лётчиков после полётов. Мы собрались, получили постельную принадлежность, сухой паёк, кухонную утварь, необходимый для работы инструмент, погрузились на автотранспорт и прибыли на место работы. Поселились на чердаке в старом, недостроенном домике, стоящем вблизи большого поля - площадь которого не менее двадцати гектаров. Было начало лета. Погода тёплая, сухая, солнечная, и при этом дует небольшой ветер. Поле засеяно гречихой, которая расцвела белым цветом, от которого отражавшийся солнечный свет нестерпимо слепил наши глаза. Невдалеке протекала небольшая речка Хомутовка, по которой вверх против течения пробиралась рыба - лосось - горбуша. Рыбы боролись с течением, перепрыгивали через перекаты, камни и упорно шли вперёд в верховья, чтобы выметать там икру.
Их никто не трогал, а мы пришли, и стали острогой ловить эту свежую рыбу и стали потреблять и саму рыбу, и особенно её икру, так как для нас это был деликатес, несмотря на то, что у нас был достаточный и сытый паёк.
Мы обосновались, обустроились. Приготовили наш новенький инструмент - посадили его на рукоятки и закрепили, затем хорошо наточили топоры пилы, и приступили к строительству дома. Основные материалы были привезены заранее, и мы за пару недель сварганили фундамент и сруб.
Дальнейшую работу пришлось прекратить. Приехали высшие руководители и строительство дома законсервировали. Надо было срочно заниматься постройкой взлетно-посадочной полосы аэродрома. Пришли бульдозеры и безжалостно срезали слой почвы на всём большом поле вместе с растущей и цветущей на нём гречихой. Всю площадь выровняли и уплотнили катками. Нас мобилизовали возить гравий на место будущей взлетно-посадочной полосы и укладывать его ровным слоем. К нам добавили ещё солдат, выделили пятнадцать автомобилей "Студебеккеров", бульдозеры, катки. Был построен деревянный бункер, в который заходили автомобили, загружались через верхнее отверстие гравием с помощью бульдозеров, один из которых транспортировал гравий, а второй ссыпал его в кузов. Ручной инструмент - деревянные волокуши со стропами и лопаты. Каждой бригаде в составе трёх солдат, включая водителя, дано задание покрыть гравием толщиной двадцать сантиметров участок длиной одна тысяча восемьсот метров и шириной два метра. Работа по нашим понятиям шла споро и мы успешно справлялись с укладкой гравия, и не было никаких нареканий со стороны руководителей. За нами шли катки и уплотняли уложенный на грунт гравий.
Привезли металлические плиты с выдавленными в них сферическими сегментами без сквозных отверстий - перфораций, уложили и скрепили их между собой на подготовленном гравийном основании. Взлетно-посадочная полоса была построена. Прилетели и приземлились самолёты, в том числе и тяжёлые истребители - бомбардировщики. Аэродром начал работать. Если в стальных плитах на построенном аэродроме, расположенном вблизи посёлка Большая Елань были сделаны сферические сегменты с перфорированными отверстиями, из-за чего при взлёте и посадке самолётов образовывались и поднимались тучи пыли и мелкого песка, то здесь в Хомутово такую ошибку не допустили и пыли при взлёте - посадке самолётов не стало.
За хорошо выполненную работу некоторых из нас поощрили и даже выдали небольшую премию. Материально это немного, но приятно получать поощрения перед общим строем солдат.
Теперь на этом месте расположен международный Южно - Сахалинский аэропорт.
Ю.Сахалин, Хомутово. 1952г.
84. ЗАЩИТИТЬ СЕБЯ.
Южный Сахалин. Лето 1952г. Погода очень хорошая. День тёплый, солнечный, дует небольшой ветер. Совсем не так, как зимой, когда свирепые ураганы и снежные заносы, преграждающие всем путь - дорогу.
Мы, группа солдат, во время предоставленного нам отдыха решили купаться в речке Сусуя. Речка она быстрая, каменистая, вода в ней спускается с гор, откуда, только, что стаял снег, и очень холодная. Ширина речки не более двадцати метров, а глубина в самой средине доходит до двух с половиной метров. Мы с охотой, весело плескались в воде у берегов, ныряли на глубину в средине речки, переплывали её поперёк, наблюдая при этом, как далеко отнесёт нас быстрая вода вниз по течению за время, пока мы переплывём с одного берега на другой. В холодной воде находиться долго нельзя и мы выходили на берег, предоставляя солнцу обогреть наши тела, после чего снова лезли в воду, плескались и окатывали друг друга водой, а точнее резвились и бесились, как дети.
Вдруг один солдат - по фамилии Смагур, по национальности поляк начал подпрыгивать из воды с растопыренными руками и стал громко и неистово выкрикивать: "Ретуйте, ретуйте, ретуйте!", что означало: "Спасайте, спасайте, спасайте!". Мы, купающиеся, и находящиеся вблизи его, сначала не поняли слова "Ретуйте" и не сообразили в чём дело, о чём он кричит, и что он хочет, а может разыграть нас решил? Мы тоже кричали, когда окатывали друг друга холодной водой и думали, что он тоже веселится и по-своему выражает свой восторг. Но возгласы солдата продолжались, прерывались и принимали какой-то неистовый, тревожный оттенок. Мы, наконец, догадались, что он не может держаться на воде на глубине, куда его затащила быстрая вода, и попросту может утонуть, поняли его тревогу, почувствовали, что с ним приключилась беда и со всех сторон бросились к нему, ухватили его за руки и вытащили на берег. Он тихо плакал и всхлипывал. В чём дело? А он, неспособный держаться на воде и не умеющий плавать, очутился на глубине, на быстрине, не стал доставать ногами до дна речки, испугался и стал захлёбываться и тонуть.