- Что говорить? Я не обязана отчитываться Вам, - откашливаюсь и держусь за горло.
- О как? Не зли меня, а то схлопочешь.
- Да... У меня появился парень и что теперь?
- Брата мало?
- Причём тут твой брат? Я здесь… У меня новые друзья, новые отношения, - нагло хватает мою руку и сжимая до боли пальцы смотрит на кольцо. – Это подарок родителей, - рявкаю ему от боли, - Отпусти, больно.
- Наигралась! Зифу хрень в руки вкатила чтобы подальше был, пока мы там, а ты тут…
- Да я тут! Может я… Я замуж хочу! И детей хочу, но сначала институт закончу.
В один миг его глаза наливаются гневом, зло раздуваются ноздри и дышит как перед броском:
- ??? Замуж хочешь? Детей? Тогда какого хрена к нам вернулась? Он тебя домой отправил, чего не сиделось? Стрекоза грёбаная, коридор ей подавай, рога, крылья… Высечь бы тебя нахер, чтобы задницей сесть не могла и мозги включила, – потирает своё предплечье скривив уголки рта и качает недовольно головой… Затихает. Успокаивается, - Делай что хочешь, но я молчать не буду. Спросит? Скажу как есть.
- Я не знала, не хотела чтобы так вышло.
- Я тоже дохера чего хотел и не хотел. Сдерживал своего демона. А раз так? Если тебе можно, значит и мне.
Сгребает меня в охапку выдергивая с дивана и подминает под себя, укладывая на пол. Целует в губы и шею, страстно и горячо обжигая дыханием, а потом опять в губы, но уже с нежностью и привкусом горечи… Заглядывает в мои глаза с надеждой на что-то, а я в шоке, замерла… растеряна и молчу. Его лицо меняется, становится суровым и непривычно серьёзным, через силу отстраняется и внезапно исчезает прочь.
29.
Через пару дней меня кони взяли, сорвался и стал крушить всё в своей комнате. Грёбаная Стрекоза, Старшие эти и рука черт её побери болит до сих пор, а ведь совсем недавно полный штиль был.
- Кость нам бросили, манипулируют нами, суки, нах..й этих Старших, бойня за бойней, недозвери… опять. Пару уступок, изменений и всё наладилось бы, только время дай. Упёртые пережитки. Тысячи столетий ничему их не учат. Перемен не терпят. Отбыли бы здесь наказание и по домам, нет же втянули и нас. Захотели братья игрушку - нате вам бл…ь Стрекозу. Теперь дёргают по первому хотению. А ей похер, нет её, замуж ей бл…ь подавай, хрена нового…
На шум ко мне заглянул Зиф.
- Зиф! Тобой тоже наигрались и на помойку, только кости шлейфом по дороге, хер соберёшь. Ты ей всё вернул? – зло спрашиваю и он кивает «да», - И чтобы больше к ней ни ногой! Уяснил?
А вот и брат заглянул на «вспышку ярости».
- Что здесь происходит? Погром? Или мебель не так расставили? Что замерли? - стоит и смотрит на нас обоих, как с Луны свалившись.
- А ты не замечаешь? - готов взорваться гневом от его энертности.
- Чего не замечаю?
- Стрекозы например давно не было, - моё терпение уже не в этих стенах.
- Сентябрь, учеба началась.
- А до этого, до учебы? Ты в бой, а она замуж бл...ь, - пусть теперь знает... Правду.
***
Кочевник приехал ко мне на выходные и мы решили покататься. Несёмся по трассе М1. Держусь за него крепко руками.
Увидела ЕГО на обочине, с вызовом стоит и рога его. Вновь вижу его впереди раз, ещё раз, снова и снова, опять и опять впереди вижу… Вцепилась в куртку Кочевника мертвой хваткой и холодею, корни волос дыбом стали. Смотрю с опаской вперед, а посреди дороги фары выхватывают его силуэт с раскрытыми крыльями. На таран???
Мгновенно смыкаю руки кольцом на Кочевнике, а выпустив крылья резко выдёргиваю обоих вверх из седла. Неумело взлетели, сил недостаточно на взмах, да и крылья толком не выросли, не окрепли ещё. Роняю его и он первым падает на дорогу, а я чуть в стороне, ближе к обочине. Мотоцикл завалившись на бок кружит по дороге двигаясь вперёд по инерции. Чувствую от падения острую боль в плече и бедре. А он, словно ангел смерти ко мне подлетает и став на колено срывает с меня шлем хватая за горло. В его глазах укор и ненависть безумная.
- Секреты? Этот первый?! – резко указывает рукой на Кочевника. – тот пытается встать, - Лежать! - криком одёргивает его.
- Нет… второй, - мой голос дрожит, крылья болят вжатые в асфальт и от падения уже боль во всём теле.
- Что? Второй?! - произносит на выдохе, - Первый какой? Говори, - он растерян.
- Старшие… Давно. Могу уйти, когда решу. Коридор Вам просила оставить.
Встаёт и пятится от меня, как от чумы. Дышит полной грудью тяжело и глубоко, шумно выдыхая воздух. Смотрит на Кочевника, потом переводит отрешенный взгляд на меня. И… Произносит спокойно, эмоции в голосе отсутствуют напрочь:
- Зифа я забираю. К нам ни ногой, - разворачивается, всего пара шагов и он взмывает вверх исчезая во мраке ночи подобно чёрному ангелу смерти. Ушёл… Нет его...