Просыпается, потягивается, сонная, растрёпанная. Я без рубашки, лежу на боку, руку согнул в локте и ею подпер голову. Улыбаюсь. Увидела меня и натягивает одеяло на голову.
— Я все вижу, вылазь. Или я к тебе под одеяло залезу.
Выглядывает: — Не надо ко мне.
— Вылазь, хочу спину твою осмотреть.
— Я не поранилась, смотреть там нечего.
— Зиф говорит что есть. Да мелкий? Вылазь гусеница.
Вылазит, смело садится ко мне спиной. Приподнимаю футболку и вижу «не маленькие бугорки», провожу рукой.
— Щекотно и чешется.
— Ещё бы… Ты в курсе, у тебя крылья прорезались.
— Что? Зиф! — поворачивает голову, — Ты попросил у них крылья?
Довольный кивает. На свои рожки показывает и кивает.
— А они быстро вырастут? А какого они цвета? Зиф, это мне на День рождение? На всегда, на всегда?
Продолжает лепетать без остановки:
— А ещё у меня есть свой коридор, в нем зима есть, можно поменять на лето или весну, можно море увидеть или скалы, представляешь? Свой коридор! И духи прозрачные летают… а ещё…
Целую её спину, прикасаюсь руками к крыльям прорезавшимся словно молочные зубы и не слушаю, что она там ещё себе под нос бормочет. Зифа уже давно и след простыл.
Разворачиваю её, укладываю на спину и нависаю над ней. Смотрит, а глаза синие-синие, у неё синие глаза, а я не заметил вчера.
Прижимаюсь плотнее, сгибаю её ногу в колене, руку завожу под неё вжимая в себя её бёдра.
Чувствую её через свою одежду, я уже напряжён «там» и она это чувствует, стесняется, начинает краснеть… как же сильно я её хочу.
Наклоняюсь медленно, чтобы поцеловать… а она шепчет мне в губы:
— Я не твоя, я своя, ты меня не хотел себе забрать, я…
— Моя… теперь уже моя, я за тебя выбор сделал… — наклоняюсь чтобы…
Иду по её коридору, в нем только одна дверь в самом конце. Открыть не могу, замка нет, ручки нет, я толкаю рукой, плечом пробую, не поддаётся. «Блядь. Что за херня?». Злясь, ударяю кулаком по двери и ухожу. Через мгновение слышу как открывается эта злосчастная дверь, оборачиваюсь — от туда выходит Зиф.
— Как ты вошёл?
Пожимает плечами.
— А я? Мне можно? — опять мелкий пожимает плечами, — Потом? Когда? — вздыхаю и отправляюсь к брату.
Зиф мне на стене пальцем пишет «весна там».
Иду по коридору и слышу… он не один…
Стою под его дверью, касаюсь её лбом упираясь рогами, слышу её стоны, так бы вечно стоял слушал и руками дверь держал. Она ещё не знает насколько мы в любви неутомимы.
Я её первый нашёл, я здесь стою, а он там с ней… Опускаюсь на пол и сижу под дверью, подперев голову руками и закрыв глаза. И слушаю их…
Рядом садится Зиф в больших наушниках на черепушке и плавно в такт музыки качает головой.
Зиф поворачивает голову, смотрит на него, улыбается и думает «О крыльях он ещё не знает».
20
Усталость чувствую, не знаю сколько длилась эта ночь или день и сколько сейчас времени? Здесь всегда тяжело определить природу пространства-времени.
Он был не утомим, а я под потоком нахлынувшего всплеска эмоций, не совсем понимая и оценивая ситуацию просто «плыла туда, куда меня уносило».
Проснулась от его горячего дыхания. Лежу на животе и он похоже, но одна его нога устроилась между моими, его тяжёлая рука на моей спине. Ладонью обнимает или скорее держит моё плечо.
Хочу перевернуться на спину, делаю первую попытку, он убирает ногу и приподнимает руку, держит ее надо мной. Переворачиваюсь, но он рукой направляет меня за спину прижимая к себе, целует в кончик носа, говоря шепотом «спи». Усталость во всем теле, глаза тяжелеют и я вновь проваливаюсь в сон вжатая в горячее смуглое тело.
В коридорах свежо, а в моей и его комнатах всегда тепло. Спим, редко укрывшись одеялом. Стесняюсь оставаться без одежды, поэтому я всегда сплю в его футболках или рубашках, ни каких пижам или ночнушек. Хотя из-дому взяла самое необходимое.
Замечаю, что он не давит на меня, а ждёт когда сама прильну к нему, «улыбнусь», обниму и вот тогда он берёт меня.
Хочет, что бы его комната стала нашей. Но я всё равно предпочитаю свою. Нуждаюсь в личном пространстве. Чувствую его желание ко мне, каждый раз, на расстоянии.
Приходит и забирает меня, унося на руках и завернув в одеяло. У себя переодевает меня во что-нибудь своё, так и спим или… не спим, для этого я должна подать ему условный знак… особой улыбкой или телом.
Дома уже почти три недели. Готовлюсь к экзаменам. У них не показываюсь. И Зиф меня редко навещает, не мешает готовиться.
Не спиться, ворочаюсь и вздыхаю, когда он рядом засыпаю быстро, чувствуя тепло его тела и запах. Его руки обхватывающие и прижимающие к себе и дыхание… как мне сейчас этого не хватает, психую, брыкаюсь ногами и сбрасываю с себя одеяло.
Неожиданно чувствую его присутствие. Вижу рядом с окном в свете Луны, его рога с завитками. Сидит в кресле. Когда успел появиться не знаю? И как долго он там? Приподнимаю голову, привстаю на локти, улыбаюсь.
— Ты здесь? У тебя всё в порядке?
— Да, хотел тебя увидеть.
Встаю, подхожу к нему, сажусь на колени и кладу руки ему на грудь. Рукой берет меня за затылок и прижимает к себе, делает глубокий вдох. — Мм…, - трётся щекой по моей, словно помечает или хочет запомнить мой запах.
— Посидим так, прошу. — произносит почти шёпотом.
— Хорошо, — запускаю свою руку ему в волосы выше затылка. Густые и жёсткие, немного сжимаю их рукой.
Наклоняет мою голову в сторону и целует шею, практически не касаясь губами. — Мм…
— У меня осталось два экзамена, и я скоро буду у Вас. Но… перед моим Днём рождения мы с мамой поедем в Питер, на пять дней. Папа хочет, что бы мы с ней провели вместе время.
— Сколько тебе исполняется?
— Двадцать.
— По нашим меркам, ты почти младенец, — чувствую как он улыбается, запускает руку мне под пижаму и проводит ею по спине, останавливаясь, там, где растут мои крылья. Ему нравится касаться меня «там» и он с таким трепетом поглаживает его всегда.
— С младенцами так себя не ведут, — теперь я трусь своей щекой о его лицо. — У вас точно всё в порядке?
— Да, тсс. — аккуратно вжимает меня в себя, кладу голову ему на грудь.
Молча сидим в тишине, время почти замерло. Мне тепло и уютно на нём, вот этого мне и не хватало… его, его крепких рук, его вздымающейся груди, всего его.
Как и когда он положил меня в постель я не помню, но проснулась я именно в ней, одна. Как появился из не от куда, так и исчез.
Моя кровать здесь только моя, это не гласное правило.
21
В моём коридоре они ещё не были, только Зиф. Пока не готова с ними делиться. Ждут, один терпеливо, второй тщательно подбирая слова, чтобы не ругнуться.
Он не давал о себе знать несколько дней. И в коридорах отсутствовал.
Иду по коридору. Он где-то рядом… чувствую его.
Одна из его комнат, вхожу, темно, очень темно и прохладно, делаю пару шагов… и почти шёпотом спрашиваю:
- Ты здесь… я чувствую, но не вижу…
Слышу как встаёт, он лежал на полу? Подходит, обнимает… не руками…
— Это, это…у тебя… крылья? — они обхватывают, обнимают и смыкаются за моей спиной.
— Да. Что ощущаешь? Тебе нравится?
— Очень. Ты не говорил мне, — прикасаюсь к ним изнутри, перья крупные и жёсткие. — Почему ты здесь лежишь на полу?
— Отдыхаю.
Поднимаю руки выше, касаюсь его груди, чувствую рану под ладонью, провожу аккуратно, что бы…
— Не надо. Я в порядке. Отдохну ещё немного и приду к тебе.
— Я буду в своей комнате.
— Почему не в моей?
— Буду ждать в своей, очень… — касаюсь губами его груди.
— Хорошо, — глубоко выдыхает и размыкает крылья.
Пришёл не сразу, даже стала волноваться…
Зашёл и сидел ещё некоторое время на краю кровати, затем лёг. Его что-то тревожит, и меня это тоже беспокоит, но он не скажет, ни слова.