— Вы не обязаны сидеть здесь, — сказала она тихо, чтобы не разрушить тишину.
Он повернулся, и в его глазах мелькнула тень улыбки.
— Возможно. Но… мне спокойнее быть рядом.
Эллада села, обхватив колени руками.
— Иногда я боюсь, что всё это… слишком быстро. Словно я не управляю своим сердцем.
— А стоит ли им управлять? — Арно слегка склонил голову, его голос был низким, мягким. — Может, ему нужно только направление, а не поводья.
Эти слова отозвались где-то глубоко внутри неё. Она задумалась, потом чуть наклонилась вперёд, глядя прямо в него.
— Вы говорите так, будто знаете, что будет дальше.
Он вздохнул.
— Нет. Но я знаю, чего хочу. — Он сделал короткую паузу и добавил: — Чтобы вы не боялись рядом со мной.
Эллада прижала ладонь к груди, чувствуя, как сердце будто отозвалось на его признание. Ей было страшно — но уже не от него, а от того, насколько сильно ей хотелось верить.
Вдруг за окном раздался лёгкий шорох. Арно мгновенно поднял голову, его взгляд стал настороженным, и та сила, которую она раньше только угадывала в нём, проявилась ясно. Он встал, подошёл к окну и осторожно приоткрыл занавеску.
— Что там? — прошептала Эллада, невольно затаив дыхание.
— Тень… — тихо ответил он. — Но не лунная.
Его голос был твёрдым, и Эллада почувствовала, что ночь перестала быть только их. В темноте скрывалось что-то ещё.
6 глава
Арно стоял у окна, не двигаясь, и казалось, что его силуэт сам стал частью тьмы. Но Эллада вдруг заметила странное — в серебристом свете луны его глаза сверкнули так, словно в них отразилось небо с тысячами звёзд.
— Арно… — тихо позвала она.
Он обернулся, и в этот миг что-то в его облике изменилось: неуловимая тень силы, древней и необъятной, словно прокатилась по комнате. Воздух стал плотнее, дыхание Эллады перехватило.
— Тень там снаружи пришла не за мной, — сказал он хрипловато. — Она ищет вас. Но вы должны знать правду, прежде чем мы сделаем хоть шаг.
Эллада прижала ладонь к груди, сердце билось в бешеном ритме.
— Какую правду?..
Арно медленно подошёл к ней, но остановился на расстоянии вытянутой руки, словно боролся с самим собой. Его плечи дрожали, а в глазах вспыхивал странный свет — золотой, нечеловеческий.
— Я не тот, кем кажусь, — прошептал он. — В этом теле живёт то, что старше любой человеческой памяти. Я — дракон.
Эллада отпрянула, но не закричала. В её душе боролись ужас и странное, почти болезненное чувство узнавания. Вспышки сна, где она видела крылья в ночном небе… огонь, согревающий её во мраке… Всё это теперь складывалось в одно целое.
— Дракон… — её голос дрогнул, но не сорвался. — Тогда кто я для вас?
Арно сделал шаг ближе, и его взгляд стал мягче.
— Вы — та, кто слышит зов. Та, ради кого я сдерживаю пламя.
За окном снова прошёлестела тень, и на мгновение Элладе показалось, что ночь сама притаилась, слушая их разговор.
Арно поднял руку, и в воздухе проскользнула лёгкая искра, будто от дыхания огня, спрятанного под кожей.
— Теперь вы знаете. И вам придётся выбрать — довериться мне, или бежать в темноту, которая ждёт за порогом.
За окном тень сгустилась, словно ночь решила принять облик. Эллада почувствовала, как в груди холод обвил сердце, а ноги будто приросли к полу.
Арно резко шагнул вперёд, встав между ней и окном. Его спина показалась выше, шире, чем прежде, и в его движении было нечто нечеловеческое — слишком уверенное, слишком сильное.
— Не подходите, — сказал он твёрдо, и в голосе его зазвенели странные отголоски, будто в словах звучал рёв, скрытый под человеческой оболочкой.
Эллада вцепилась в край кровати, не в силах отвести взгляд. Тень за окном будто почувствовала его предупреждение: она замерла, потом зашевелилась снова, теперь яростнее, словно бросала вызов.
В этот миг Арно обернулся к ней. Его глаза вспыхнули золотым светом, таким ярким, что Эллада едва не закрыла лицо ладонью. Но вместе со страхом её охватило странное чувство — будто она видела это прежде, во сне или в далёком воспоминании.
— Вы должны понять, — сказал он тихо, и в комнате запахло чем-то металлическим, словно раскалённым воздухом. — Я не смогу всегда скрывать это.
Его пальцы сжались, и Эллада заметила: ногти вытянулись, заострились, сверкнув, как чёрные осколки obsидиана. Он поднял руку, и в тишине раздалось низкое потрескивание — в воздухе вспыхнула искра, мгновенно исчезнувшая.