Тень за окном ударила в стекло, и оно задрожало. Эллада вскрикнула, но Арно резко раскинул руки в сторону окна, и из его груди вырвался звук — не крик, не голос, а глухой рык, низкий и древний, заставивший сам воздух вибрировать.
Тьма за окном отшатнулась, как зверь, обожжённый невидимым пламенем.
Эллада стояла, не веря собственным глазам, сердце её колотилось так, будто готово вырваться наружу.
Арно медленно опустил руки, и на миг его силуэт показался ей иным — словно за его плечами проступили очертания крыльев, прозрачных, как тень в лунном свете.
Он тяжело выдохнул, и только тогда снова заговорил, уже человеческим голосом:
— Теперь вы знаете. Это не легенда. И это — лишь малая часть того, что я есть.
Эллада сделала шаг к нему, всё ещё дрожа, но не отступая. Она не знала, боится ли его или тянется — и сама эта неопределённость была сильнее любого ужаса.
— Тогда… покажите всё, — прошептала она. — Я хочу видеть правду.
Его глаза задержались на ней, и в них было всё: тревога, нежность и сила, которую он до сих пор сдерживал.
— Вы не понимаете, чего просите, — сказал Арно хрипловато. — Правда не всегда бывает красивой.
Эллада качнула головой.
— Но я боюсь не вас… Я боюсь не знать.
Его губы дрогнули в странной улыбке — почти печальной, почти гордой. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул. В комнате стало жарче, словно дыхание ночи сменилось дыханием огня.
Сначала изменился его голос. Когда он заговорил снова, в каждом слове звучало эхо, будто за ним стояла древняя сила:
— Тогда смотрите.
Он медленно раскинул руки, и воздух дрогнул. Эллада почувствовала, как волосы на её руках встают дыбом, а сердце сбивается с ритма. По его коже скользнули золотые отблески, словно под человеческим обликом просыпались чешуйчатые узоры.
Плечи Арно расправились, и в полумраке за ними возникли очертания — сначала туманно, потом всё яснее. Огромные крылья, тёмные и полупрозрачные, словно сотканные из самой ночи. Они не касались пола, но их присутствие было неоспоримым.
Эллада сделала шаг назад, поражённая и заворожённая.
Пальцы Арно изогнулись, когти сверкнули в лунном свете. Когда он поднял руку, в ней вспыхнул огненный отсвет, будто само пламя на миг послушно легло в его ладонь.
Он открыл глаза — и они больше не были человеческими. Глубокое золото, пронзительное, с вертикальным зрачком, в котором отражался свет луны.
Эллада невольно зажала ладонью рот. Перед ней был не мужчина, а нечто древнее, величественное, опасное… и в то же время родное, словно сердце узнало его раньше, чем разум.
— Вот она, правда, — сказал Арно. Его голос уже не был просто человеческим: в нём звучал рёв, гул и жар огня. — Я — дракон, Эллада. И если вы останетесь рядом, ваш мир уже никогда не будет прежним.
Он наклонился чуть ближе, крылья дрогнули, и в лицо Эллады пахнуло горячим воздухом, как от раскалённых углей.
Она дрожала всем телом, но не отступила.
— Тогда пусть он изменится, — прошептала она. — Лишь бы вы были рядом.
Тень за окном снова зашевелилась, но теперь уже не как наблюдатель, а как хищник, готовый к прыжку. Луна скрылась за облаками, и темнота накрыла комнату, словно кто-то сжал её в кулак.
Эллада почувствовала, как в груди нарастает паника, но Арно сделал шаг вперёд, расправив свои полупрозрачные крылья, и воздух вокруг сразу изменился. Он стал гуще, насыщеннее — словно сама ночь боялась приближаться к нему.
— Она идёт, — сказал он низко, и голос его прозвучал, как рокот грома.
В следующую секунду тень ударила в стекло. Окно задрожало, трещины змеёй побежали по стеклу. Эллада вскрикнула, но Арно поднял руку, и в его ладони вспыхнуло пламя — живое, яркое, оранжево-золотое, освещая комнату.
Тень зашипела, словно обожжённая, и отпрянула, но ненадолго: снаружи послышался скрежет, будто когти скребли по камню.
— Отойдите, — резко сказал он Элладе, и его глаза сверкнули. — Сейчас она попробует войти.
Эллада попятилась, но не отводила взгляда. Она видела, как человеческая оболочка Арно уже едва сдерживала силу: на его коже проступали золотые чешуйчатые линии, когти блестели в огненном свете.
Раздался грохот — окно не выдержало. Осколки стекла брызнули внутрь, и сквозь них в комнату ворвалась густая, вязкая тьма, будто живая.
Эллада почувствовала ледяной холод, сковавший ноги.
Но Арно рявкнул — не человеческим голосом, а глухим, древним, похожим на раскат грома и рёв зверя одновременно. Крылья распахнулись полностью, и с их движением в комнату ворвался жаркий вихрь.