— Нельзя так просто взять и сделать это! — кричит Тед — с видом человека, который рассматривает возможность обратиться к адвокату.
— Нет? Это было очень просто! Я просто взяла и сделала! — говорит она — как пятилетняя, придумывающая в игре собственные правила.
Они так ещё некоторое время ссорятся — и будут ссориться ещё долго. Потому что Джоар прав. Тед никогда её не бросит.
— Маленькая зараза, — бурчит Тед.
— Старый брюзга, — ухмыляется она.
Пока это происходит, Джоар осторожно достаёт картину из коробки — и именно в этот момент мама Кристиана входит на кухню. Старая учительница истории искусства вынуждена прислониться к стене.
— Боже мой… это невероятно… совершенно невероятно, — восклицает она в восторге.
Луиза поначалу не понимает её реакции — мама Кристиана выглядит так, будто видит картину впервые. Проходит несколько секунд, прежде чем Луиза понимает: та вообще не смотрит на картину. Она смотрит на рисунок Луизы.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ
Луиза находит последний способ довести Теда до нервного срыва перед концом ночи. Надо отдать ей должное — в этом она весьма изобретательна.
— Это очень, очень плохая идея, — повторяет он снова и снова в машине.
Мама Кристиана ведёт, Луиза сидит спереди, Тед сзади и шипит сквозь зубы «осторожно!» каждый раз, когда через дорогу пролетает листок среднего размера.
— Тед не очень любит машины, — виновато объясняет мама Кристиана.
— Тед вообще не очень любит что-либо, — вздыхает Луиза.
— Я очень многое люблю! Просто не то, что движется! — надувается Тед.
Мама Кристиана улыбается Луизе:
— Он любит только книги. Когда все друзья разъехались — Кимким в художественную школу, Али за рубеж, Джоар на другой конец города, — я сказала Теду, что он может приходить ко мне и читать книги когда захочет. С тех пор я не могла от него избавиться.
— У вас очень много книг, — защищается Тед с заднего сиденья.
Потом мама Кристиана рассказывает о большой комнате в своём доме, которую после смерти Кристиана превратила в библиотеку. Тед приходил туда каждый день. Там было удобное кресло, безопасное место и полки, полные воображаемых друзей. Вот почему он стал учителем. Потому что хотел дать такую защищённость другим детям — научить их путешествовать, не двигаясь с места.
— Значит, ты стал учителем истории. Самого скуучного предмета из возможных, — сообщает ему Луиза.
— Сама скучная! — парирует Тед.
Тут мама Кристиана строго смотрит в зеркало заднего вида:
— Тед! Перестань вести себя как ребёнок!
Тед угрюмо смотрит в окно.
— Она первая начала.
Потом мама Кристиана замечает в зеркале кое-что ещё и встревоженно восклицает:
— О-о. Полиция.
Луиза приподнимает бровь.
— Не говорите мне, что у вас тоже нет прав — как у мамы Джоара?
— Конечно, есть, дорогая! — фыркает мама Кристиана — и добавляет: — Просто… не в данный момент. Они временно отозваны.
Тут настала очередь Теда звучать встревоженно:
— Как можно временно отозвать права?
Мама Кристиана вздыхает:
— Я ехала чуточку слишком быстро. Суд их забрал. Но если вдуматься — это потому что я слишком хорошо умею водить. Знаю, как ехать быстро.
— То есть суд забрал у вас права, потому что завидовал? — уточняет Тед.
— Именно. Это хорошая формулировка. Будем использовать её, — кивает мама Кристиана.
— Если у полиции собаки — я вам никогда не прощу, — выдыхает Тед, и Луиза вздыхает:
— Тед, ну пожалуйста, попробуй хоть немного не быть собой?
Он защищается:
— Это же твоя идея! Даже Али и Джоар не придумывали ничего настолько плохого!
Луиза шепчет маме Кристиана:
— Если нас остановят — скажу, что он меня похитил.
— Луиза! Это несмешно! — кричит Тед.
Но мама Кристиана находит это настолько смешным, что хихикает — и нечаянно очень резко жмёт на тормоз. Полицейская машина сзади едва не врезается в них. Один из полицейских выходит и подходит — спрашивает, всё ли в порядке.
— Оказывается, я или еду слишком быстро, или слишком медленно. Вам не угодишь… — с раздражением говорит мама Кристиана.
Полицейский немного колеблется.
— Куда едете?
— Он нас похитил, — немедленно говорит Луиза, кивая на заднее сиденье.
Полицейский смотрит на Теда — самого несчастного человека в мире, в грязном пиджаке, с заклеенными скотчем очками, с синяками и ссадинами на всём лице. Потом смеётся.
— Похититель. Конечно, конечно…