Прекрасный солнечный день. Легкий ветерок едва колышет листву тополей. Но стрелка барометра неуклонно движется к «буре». А как трудно, глядя на ясное небо, представить себе, что скоро разразится буря. Кажется, легче ощутить боль в зубе мудрости, который еще даже не вырос.
Григуцэ понимал, что экзамены, несомненно, наступят, но когда это еще будет? «Разве можно, — думал Григуцэ, — оттого, что через два месяца, то есть через шестьдесят дней, то есть через тысячу четыреста сорок часов, начнутся экзамены, уже сегодня, сейчас отказаться от всего интересного? Не стоять вечерами с удочкой над Кришем? Не гоняться за телятами лесника? Не бегать по холму Гоша, заглядывая в плетеные, крытые соломой шалаши, которые так похожи на доты. Оттуда хорошо сделать вылазку, замаскировавшись, подстеречь на опушке «противника» (даже если он пасется с колокольчиком на шее). Интересно также прятаться ни от кого. А когда интересно на свете, трава кажется зеленее, щавель вкуснее, небо яснее!..»
Экзамены — «абстракция», как сказал бы каждый, кто понимает это слово. И у Григуцэ не хватало времени и желания взяться за книги ни в апреле, ни в мае.
И все же, несмотря на «абстрактность», экзамены приблизились и в один прекрасный день воплотились в расписание с весьма конкретными числами. И если были еще далеко и пока не тревожили последние экзамены, то при мысли о первом — а это была география — сердце его сжалось.
«Итак, — размышляет Григуцэ, — не завтра, не послезавтра, а все-таки послепослезавтра! Три дня, две ночи — и экзамен!» Нет, Григуцэ не растеряется, как это иногда бывает с другими!
Придя домой, он достал из ранца географию. Сколько в ней страниц? Двести восемнадцать! В каждой странице сорок строк, в каждой строке восемь слов. Всего получается шестьдесят девять тысяч семьсот шестьдесят слов; значит, в три дня я прочту ее семь раз. Если исключить фотографии и карты, останется сто девяносто страниц, то есть шестьдесят тысяч восемьсот слов.
«В секунду я прочитываю два слова, в три минуты — триста шестьдесят слов, в три дня — пятьсот восемнадцать тысяч четыреста слов, — возбужденно подсчитывает Григуцэ. — Если захочу, я прочту ее восемь с половиной раз».
И Григуцэ снова переводит дни в часы, часы в минуты и секунды, подсчитывает строчки и слова, математически доказывая, что географию сдать возможно. Он вырезает ножницами картонный прямоугольник и на нем большими буквами пишет:
КАЛЕНДАРЬ СЕКУНД
Экзамен по географии
256 200 СЕКУНД
Григуцэ прибивает его к стенке и удовлетворенно осматривает. Да, времени не так мало! Главное, каждую секунду подчинить своей цели. Для этого надо исключить все, что может мешать.
«Например, какая пустая трата времени — класть косточки черешен на блюдце», — размышляет Григуцэ за обедом. Мама не позволяет их глотать. Но теперь, когда так важно выиграть даже десяток секунд, а мама отвернулась, он глотает черешни целиком, с косточками. «Да! — убеждается Григуцэ. — Упрощать все — прекрасный выход из положения».
«Например, зачем раздеваться на ночь? Это только потеря времени вечером и утром. Спать надо одетым. Гимнастику я все-таки буду делать, но… не прерывая занятий. Можно лежа на спине махать ногами и одновременно читать. Не нужно чистить зубы вечером и умываться перед сном… Да и утром необязательно. Намоюсь вдосталь после экзаменов, в море».
К двенадцати часам ночи стратегический план экзаменационной битвы был готов, а «календарь секунд» в зависимости от времени экзаменов и их отдаленности раскрашен красной и желтой красками.
«Пожалуй, гасить свет тоже лишнее, — подумал Григуцэ. — Я буду спать каких-нибудь два — три часа. Зачем же зажигать свет опять?.. Я выиграю несколько секунд».
И лег спать одетым.
Григуцэ показалось, что на него рушится стена. Он открыл глаза и увидел перед собой маму. Она тормошила его и испуганно говорила:
— Григуцэ, милый, что случилось? Ты болен? Спишь, а света не погасил? Уже десять часов!
— Уже десять? Ой-ой-ой! Я ведь хотел встать в четыре, поэтому и не гасил свет.
«Так не пойдет, — рассуждал Григуцэ после завтрака. — Надо наверстать время… Слишком много приходится читать. Какой смысл читать слово за словом, предложение за предложением? Надо придумать формулы — как в алгебре! Слишком много болтовни в этой географии. Главное, запомнить названия: горы, озера, реки, города… Это основное. Я их выпишу в тетрадь и заключу в формулы».
Григуцэ с воодушевлением принялся за работу. Вот Западные горы: Заранд, Рудные, Траскэу, Джилэу, Бихор, Кодру… Разве их все запомнишь? Но если взять только первые слоги каждого названия: за-ру-трас-джи-би-ко?.. Потрясающе!!! Вот они, Западные горы: Зарутрасджибико! Знаешь первый слог — и всё название вспомнится! Так же притоки Серета: Сучава, Молдова, Бистрица, Тротуш, Путна, то есть Сумолбитропу. Так же Дунайские плавни, или месторождения нефти, или что угодно — все можно сократить и выразить в виде формул.