— Притом вовремя, — подхватил Рома, и его обеспокоенная морда показалась с другой стороны.
Кто-то из них завернул меня в пальто, другой обнял сзади.
— Фу, меня опять тошнит, — согнулась пополам и распрощалась с остатками ужина.
— Воды из машины принеси, — приказал Рома.
— Мандавошками в своей администрации командуй, усёк? — огрызнулся Илья, но за водой всё же пошёл.
— Сонь, девочка моя, — Рома погладил по голове, — позволь я увезу тебя домой. Только увезу, честное слово.
Честное! У мужика, который спит с женой брата с согласия самого брата да ещё и в его присутствии... Вырубите уже мне мозг, он закипел от перегрева.
Илья прискакал с бутылкой минералки. Прополоскала рот, сделала два огромных глотка. Шевеления в желудке стихли.
— Уйдите. Оба, — взмолилась шёпотом.
— Без проблем, — согласился Илья и подхватил на руки.
Я заорала на всю улицу. Рома присвистнул, ковырнул мизинцем в ухе. Его озабоченный братец потащил меня к машине. Светленький распахнул дверцу заднего ряда кресел в «Крузаке», тёмненький пихнул меня на сиденье. Да ещё и сел рядом.
— Вы какого чёрта удумали?!
— Домой тебя отвезём, не кричи только, — Рома перегнулся через спинку с водительского места.
Илья успел поймать мою ногу, которой я намеревалась хорошенько его лягнуть. Потянул на себя. Я завопила.
— Да заводи ты уже! — рыкнул Зарубин и накинулся на меня с удвоенной силой, сковывая по рукам и ногам чудовищно сильными ручищами. — Соф, дёргаться перестань. Никто тебя насиловать не станет. Пальцем не прикоснёмся, пока сама не попросишь.
Я ответила матом. Трёхэтажным. С указанием всех адресов, куда им следует наведаться перед визитом к сексологу, который излечил бы их отклонения.
— Руки от меня убери! — твердила через слово, извиваясь похлеще ужа на раскалённой сковороде.
— Так ты успокойся, и я уберу. Ай, блядь!
Я-таки изловчилась его укусить за запястье. Зубов не пожалела, сомкнула так, что во рту стало солёно от вкуса чужой крови.
— Да убери ты от неё клешни! — запальчиво прокричал Рома.
— Да пошли вы, — психанул Илья, нашарил в кармане кресла аптечку, вскрыл упаковку с бинтом зубами и принялся как попало обматывать руку.
Мне стало неловко при виде нескольких капель крови, поступивших на белой марле. Предложить свою помощь? Перетопчется! Нечего было ко мне прикасаться.
Я отсела к двери, спустила ноги на пол, одёрнула подол платья и постаралась не думать. Едва мысли просачивались наружу, внутри просыпался вулкан лютой ненависти. К обоим, но большая часть принадлежала Ромке.
С Ильёй всё понятно — мы друг другу почти никто, знакомы пару дней и жарко целовались разок. Но Рома...
— Ты изначально планировал меня на двоих поделить? — спросила отрешённо, отвечая на бьющий по нервам синевой взгляд из зеркала заднего вида.
— Можем мы отложить этот разговор на более спокойное время? — Рома состроил виноватую мосю, ути-бозе-мой.
— Тут либо «да», либо «нет», Ромыч. Третьего не дано, — старалась говорить жёстко, как леди со стальными тестикулами. Только даже за жестяной фасад обиду не спрячешь.
— Ты помнишь свой первый поцелуй? — не к месту спросил Илья и попытался зубами завязать бинт на руке.
— Это ещё тут при чём? — выдала и с неохотой взялась помогать в перевязке раны.
Полностью размотала запястье, скомкала марлю, промокнула начавшую засыхать кровь.
— Не видно ж ни черта, посвети фонариком, — процедила с ярко выраженным раздражением.
Илья послушно достал телефон, позволил осмотреть укус и сказал:
— Это к тому, что люди такие, какими сделал их пережитый опыт. Сексуальный в том числе.
— Надо бы обработать, посмотри в аптечке перекись или йод, — задумчиво произнесла.
— В автомобильных аптечках есть только бинты и жгуты, — вклинился Рома.
Машина остановилась на светофоре. Он повернулся назад и глянул на меня изучающе.
— То, что ты считаешь аморальным — для нас норма, — продолжил свою рассудительную речь Илья.
— Ты сравниваешь первый поцелуй с сексом на троих? — дивясь формулировке, уточнила, потом прижала комок бинта к ранке и обратилась к Ромке: — Тормозни у аптеки.
— Так мы почти приехали.
— Бывало и на четверых, — словно невзначай подметил Илья.
Да что ж они всё время говорят друг за дружкой, я не успеваю реагировать или отвечать!
— Почему-то совсем не удивлена. Ром, останови где-нибудь здесь. Пешком дошлёпаю. Продезинфицируй это дома, ага? — посоветовала Илье и потянулась к дверной ручке.
— Сонь, две минуты потерпи. Посреди улицы точно не буду высаживать, — Рома плавно ушёл на крайнюю правую полосу и свернул в мой квартал.