Так ли иначе, вводятся паспорта с пропиской и, естественно, пятой графой, в городах повсеместно. В том числе и в Азербайджанской ССР. А Азербайджан — это место особое. При всех симпатиях: у отца молодость прошла в Баку, с Фарманом Курбан-оглы Салмановым по Сибири сотрудничал, с послом в Москве профессором Ризаевым одно время регулярно коньяк "Гёк-Гель" пили, и сейчас из Иллиноя переписываюсь с одним чудесным человеком, эрудитом и фотомастером из Черноголовки, Фикретом по имени — никак не могу понять претензии на бoльшую просвещенность и продвинутость страны по сравнению с другими мусульманскими республиками Союза. Шаг в сторону — и как будто третьего дня Искандер Двурогий проходил. Посмотрим, что дальше будет, пока кроме гранд-мульки с каспийской нефтью ничего не светит. Бывают, конечно, оттуда кадры по мировому стандарту: тот же Ризаев, советский газовый министр Оруджев, Муслим Магомаев, академик по гидродинамике Мирзаджанзаде, да хоть бы и Вагит Алекперов, но на рядовом уровне… Как одна академическая дама говорила, этого же самого происхождения, кстати: "Есть у нас определенное количество кандидатов и даже докторов азербайджанских наук".
С теми же паспортами и метриками — в Нижневартовске был у меня знакомый армянин из Баку по имени Рудик Хачатурович. Как-то я поинтересовался: "Почему Рудик? Положим, что Рудольф для армянина такое же обычное имя, как Роберт, Джон или Аэлита, но Рудик?!". Оказалось, так Рудольфом и собирались назвать, но в ЗАГС пошла бабушка. У нее спрашивают: 'Как мальчика зовут?' — Она и отвечает: "Рююдик!". Так Рудиком и в метрику внесли.
А дядьку моего двоюродного правильно при выдаче паспорта записали Александром Генриховичем, но национальность в пятой графе записали лютеранин. Он как-то не врубился при получении и только дома обнаружил на веселье всей семьи эту этнографическую новость. Логика почти понятна — записать евреем, а он за кирхой числится, не за синагогой, записать немцем — так он не немец. Так что в этом деле отражение не просто малограмотности бакинского загсового регистратора, а и некоей неопределенности, кого все-таки считать евреем и — что такое евреи? Вероисповедание? Нация? Раса? В Эрец Исроэл вроде бы все это должно в конце концов устаканиться — но пока-то еще и там непонятка. Тем более — все ли евреи мира на землю предков переберутся в самом продолжительном обозримом будущем? К этой теме мы когда-нибудь еще вернемся, деться некуда, а пока давайте дальше про отдаленных родственников. Отец говаривал, что: "Однофамильцев у нас нет. Только родственники", и пока что у меня не было оснований в этом усомниться. С Генрихом почти разобрались, если не ошибаюсь, то кроме Шуры у него еще один сын — Митя, тут уж имя совсем и не еврейское, и не лютеранское.
Александр Генрихович окончил Азербайджанский институт нефти им. Азизбекова и стал специалистом по бурению скважин, то есть после работы в Баку, Молотове, Башкирии и Татарии стал просто Главным буровиком страны, то есть, я хочу сказать, Главным инженером соответствующего управления в Миннефтепроме. Правду, видно, говорил мне министерский приятель, что в ЦК к нашему министерству относятся с недоверием: "Считается, что здесь в какой кабинет не войдешь — так если не еврей, то татарин!". Ну, уж не совсем так, но действительно, процент повышенный. Так что Вы хотите? Тут не пропаганду сочиняют и не в сельское хозяйство играются, тут страну кормят! Не всегда руки доходят до соблюдения национальных квот. Умер он уже довольно давно, лет пятнадцать, с его дочкой Ирой я уж не виделся с начала 80-х, а сын Миша тоже пошел по нефтяной части, стал хорошо квалифицированным (без насмешки, это — большая редкость и ценность) клерком в том же Миннефтепроме, и лет восемь-десять назад мы с ним часто встречались, с удовольствием трепались во время перекуров на совещаниях, а мой младший брат с ним, кажется, и теперь связи поддерживает. Он, младший мой брат Митя, вообще очень родственный, да и друг верный, как бы это странно в наше время не звучало. На мой вкус, так и чересчур. Все же в кафкином мире живем, а не у Валентины Осеевой.