1993 г.
Компьютер
Я зашёл в гости к Олегу Шалевичу. У подъезда его дома стоял грузовик, с которого пятеро дюжих грузчиков стаскивали массивный ящик. Им помогал мой приятель, небывало возбуждённый.
– Что ты сияешь, словно майское солнышко? – поинтересовался я.
– У меня теперь новый компьютер! – почти ликующе доложил Олег. – Самой новейшей выделки, распоследняя модель! Её и в продаже ещё нет!
– А как ты сумел достать?
– Вынес со своего «ящика»: у нас нанотехногии внедряются, мы теперь всякую чепуху изготовляем. В том числе и микрокомпьютеры.
– Это, что ли, твой микротелевизор? – показал я на огромный ящик.
– Нет, сейчас я тебе его покажу.
Олег достал из кармана прозрачный пакетик величиной с ноготок.
– Да в нём же ничего нет, – удивился я.
– Просто глаз у тебя непривычный, ты его не видишь. Это экспериментальная модель сверхминиатюрных компьютеров со стереоскопическим монитором и стереозвуком. Называется «Молекулка», ибо сделан по современнейшим технологиям на молекулярных схемах. Отсюда и название, да и размеры соответствующие. В обычный микроскоп не разглядишь, даже и не пытайся. А дешёвые – страсть! Не поверишь, планировали продавать по весу: на сотню рубликов – кулёк насыпать. Ну, я и унёс щепотку. Сколько именно – пока не знаю, не считал. Наверное, не меньше полусотни.
– Как же ты разглядишь изображение на экране монитора компьютера, которого даже не видать? – изумился я.
– Очень просто, – снисходительно улыбнулся моей недогадливости Олег и показал на тот чудовищных размеров ящик, что потные грузчики на подгибающихся ногах только что стащили с машины. – Отлично всё разгляжу с помощью этого стационарного сканирующего электронного микроскопа. Естественно, пришлось изрядно потратиться, влезть в долги, чтобы его купить, но дело того стоит. С этого дня я буду работать только на новом компьютере!..
Я с сожалением посмотрел на восторженное лицо Олега, но не стал омрачать его радость.
Как я редактировал партийную газету
(Подражание Марку Твену)
Я охотно взялся временно редактировать партийную газету. Конечно, я бы категорически отказался конструировать или водить самолёты, строить дом, командовать батальоном, управлять океанским лайнером, свинофермой, хоровой капеллой или сборной по футболу, но тут было совершенно иное дело. Мои финансы имели предельно узкий репертуар исключительно только из одних унылых романсов, вроде – «Не в деньгах счастье…» Так что энная толика рубликов мне бы не помешала. Редактор уезжал в отпуск, я согласился на предложенные им условия и занял его место.
Трудился всю неделю с предельным напряжением и, не скрою, наслаждением. Наконец, сдал газету в печать и вздохнул облегчённо.
С понятным нетерпением дожидался следующего дня: читатели прочтут мою газету и я жаждал знать, какое впечатление произведёт она на них.
Отправился в редакцию. Прохожие уступали мне дорогу. Я услышал, как один произнёс: «Это он!» Понятно, был весьма польщен до самой селезёнки.
У здания редакции собралась изрядная толпа, а кроме того, люди парами и поодиночке стояли на мостовой и на противоположном тротуаре, с любопытством глазея на меня. Все отхлынули назад и расступились передо мной, а один из зрителей произнёс довольно громко: «Смотрите, какие у него глаза!» Я сделал вид, что не замечаю всеобщего внимания, но втайне просто упивался внезапно приобретённой известностью и даже решил написать об этом своей тётушке.
Поднялся на лифте в редакцию. Подходя к двери, услышал веселые голоса и раскаты хохота. Войдя в комнату, я мельком увидел двух молодых людей, судя по красным пиджакам – молодых политиков, которые при моем появлении побледнели и разинули рты. В следующую секунду они оба с грохотом выскочили в окно, разбив стекла. Я не успел им сообщить, что это тринадцатый этаж. Конечно, лично я не суеверен, но плохие приметы сбываются, даже когда в них не веришь…
Не успел я занять своё место, как вошел какой-то почтенный старец с длинной развевающейся бородой и благообразным, но довольно суровым лицом. Я пригласил его садиться. По-видимому, он был чем-то расстроен. Гость извлёк из кармана красный шелковый платок и последний номер моей газеты.
Разложив газету на коленях, протёр очки платком и спросил:
– Это вы и есть новый редактор?
Я утвердительно кивнул.
– Вы когда-нибудь редактировали партийную газету?
– Нет, – ответил я, – это мой первый опыт.
– Я так и думал. А политикой вы когда-нибудь занимались?
– Н-нет, насколько помню, не занимался.