Мы некоторое время молчали. Реутов усмехнулся, не сводя с меня взгляда. Я же, ощущая, как горят мои щеки, отвернулась.
- Боже, ты безумно милая, когда злишься.
Я хотела возмутиться, но не успела сказать и слова. Рома в одно мгновение обхватил мое лицо руками, склонился и поцеловал.
Сердце тут же упало куда-то вниз, и тысячи мурашек рассыпались по коже. Это как разряд электрическим током – просто невозможно осознать, как сильно на меня влияла близость с ним. Как хороша была горячность, разлившаяся по телу. Я выдохнула с тихим стоном, и тут же ощутила сладость очередного поцелуя на своих губах. Рома прижал меня к себе, его руки скользнули под юбку моего платья, обхватывая бедра. В эту секунду я услышала, как кто-то хлопнул дверью. И снова мне показалось, что я видела мелькнувшие волны белых волос.
- Реутов, - шепнула я, выскальзывая из хватки Ромы. – Подумай-ка ты лучше о том, что ещё твоя Ксения теперь может захотеть со мной сделать исподтишка. Страшно представить.
- Так. - Рома вдруг подхватил меня на руки, так что я только и запищала, прося меня отпустить. Усадив меня на подоконник, он встал напротив. - Романова. Я уже сказал тебе и скажу снова – мне до чертей на эту Ксению. Она не моя. Моя тут только ты.
Я растаяла в один миг. Это было что-то невообразимое – слышать от Реутова эти слова. Кто бы знал – они могли меня с ума свести. Он мог.
- Да ты обалдел просто, - нервно хихикнула я, глядя на Рому. - Когда это я...
- В тот день, когда моя машина была зверски тобой избита букетом роз. - Улыбнулся Реутов. - Когда я впервые тебя увидел. Когда день спустя я встретил тебя у себя в офисе. А теперь уже поздно – дороги назад нет, Арина... Не отпущу, даже не надейся. И никакая Ксения тут даже рядом не стояла.
Глава 8
Гости стали разъезжаться около девяти часов вечера. В доме на ночь оставалось совсем не так много народа – самые близкие друзья Ромы со своими женами, Мэт с Машкой, две гадюки Петровские и их какой-то общий знакомый. Вот и всё. Пока Ромка был занят разговорами в собравшемся мужском клубе в бильярдной, а потом и проводами гостей, я направилась наверх, в комнату, чтобы отдохнуть. Это была Ромкина комната. Мы как-то не оговаривали сей момент, да и так всё было понятно. К тому же – дом не резиновый.
Я даже не заметила, как заснула, когда прилегла на кровать – как тепло, мягко, как хорошо здесь было. Пахло деревом, смолой, летними цветами. Комната была просторной, но не огромной, с красивой мебелью из дерева, шкурами, ковром с мягким ворсом и большими окнами, из которых открывался вид на весь участок. Здесь был свой санузел и выход на балкон-террасу.
Я проснулась около полуночи. В комнате было темно, Ромка ещё не вернулся. Я слышала из бильярдной мужской смех и разговоры. Подойдя к окну, я посмотрела парковку – машин почти не осталось. Участок был пуст, подсветка красивыми змейками из фонариков тянулась вдоль дорожек и возле бассейна – его уже почистили, и вода казалась непомерно голубой, цвета утреннего неба. Духота стояла знатная, и за лесом не на шутку гремело. Собиралась гроза. Я, ощущая, как влажная футболка липнет к телу, улыбнулась, глядя на бассейн. А почему бы и нет? Сейчас уже и так почти все спят. Кто заметит? Разве, что Ромка, когда придет в комнату и обнаружит моё отсутствие.
Я тихонько вышла из комнаты, прикрыв дверь. Огляделась в полутемном коридоре – никого. Спустившись по лестнице, я пробралась к выходу из дома, по-прежнему никого не встретив. Волнение внутри меня сплелось тугим клубком, будто бы я была школьницей, которая собиралась сбежать с урока.
На улице оказалось необычайно хорошо. Я вдохнула свежести ночного ветра, подняв лицо и закрыв глаза. Мои губы расплылись в улыбке. Я направилась прямо босиком по газону к бассейну. Ещё никогда мне не хотелось вот так вот сильно искупаться, как сейчас – перед грозой, ночью, в бассейне, когда никого нет вокруг…
Я подошла к краю и одним махом нырнула в воду. Толща прохладной воды взбудоражила, поглощая меня, ещё больше распаляя адреналин в крови…
Я проплыла под водой какое-то расстояние, вынырнула, ощущая себя бесподобно прекрасно. На небе уже сверкало, раскаты рокотом сотрясали ночную темень. Эти мгновения были прекрасны.… Мятежная моя душа этого просила. И получая – наслаждалась.