К слову, сам Вышемир расписывал глиняные, древесные и еще многие разные изделия. И сам считал, что его работа идеальна, что нету в ней недочетов, а тех, кто говорил о недостатках работ его, обзывал дураками и говорил, что ничего они в настоящем искусстве не смыслят. И надоедал этим он очень. Хоть и это и так, но он же барин, ему слова плохое скажешь – будешь висеть на колу остром. Уж Вышемир непременно добьется этого.
Но любому терпению людскому когда-нибудь наступает конец. Вот и Клонимиру, который тоже расписывал древесные и глиняные работы, но делал это более умно, с любовью к своей и чужой работе, тоже надоело. Подошел он к Вышемиру и говорит:
– Мне надоело, что ты, лиходей, все время ругаешь чужие работы, а свои считаешь самыми наилучшими. Я думаю, так не правильно. Каждая работа хороша по своему, и если небе она пришлась не по нраву, это не означает, что работа плоха.
Тут Вышемир прищурился и ответил громко:
– А ты кто такой, деревенщина, чтобы мне указывать, что правильно, а что нет?! Ты, холоп*, как смеешь мне перечить?! Как ты смеешь, басалай** поганый, меня лиходеем звать?! Баляба*** вздорная, хочешь, чтобы я тебя на кол посадил?! Так бойся исполнения желаний своих, безпелюха**** безродная, тварь!
Все люди, которые находились там, замерли от неожиданности и громкости говора Вышемирова. Но Клонимир не растерялся. А ответил достойно
– Хорошо. Если ты не хочешь по хорошему, словами, будем делами. Давай посмотрим, кто лучше сможет расписать глиняного медведя, в ростом в один фут*, тот и прав. Лады?
Вышемир скривил лико и хотел броситься с кулаками на Клонимира, но сдерживал его люд. Тут он ответил:
– Лады! Ну, щенок, ну поганец, попляшешь ты у меня на сковороде в преисподней!
И разошлись они вот так.
Сроку дали три седмицы. Оба сидели в избах, рисовали. Только из избы Вышемировой слышались то и дело проклятия разные.
Через три седмицы, выходят оба человека из изб и выставляют работы свои на показ людям. У Вышемира медведь был бурый, с зелеными глазами, и разными узорами неяркими. Все искусно сделано и радовало глаз. А у Клонимира медведь был белы й, с очами черными, маленькими, и черными полосками. Как только увидел Вышемир работу эту, так тут же начал:
– Это еще что такое? Медведь? Нет, это не медведь, это что-то не понятное, черно-белое! Ерунда это, не больше.
– Нет – возразил Клонимир – у меня не ерунда и у тебя тоже получился просто прекрасный медведь. Не гневайся, Вышемир, давай разойдемся миром, чтобы не кому обидно не было.
– Послушай, малец! Ты сам все это затеял, теперь не извивайся, как василиск**, сам кашу заварил, сам и расхлебывай!
– Добро. Эй, народ, да люд разный! Чья работа лучше?
– Твоя, Клонимир – отвечает народ – ты лучший победитель!
И все захлопали. Вышемир сплюнул в землю и забрав медведя, пошел в избу. Тут к нему подошли Клонимир и люд разный:
– Не кручинься***! Лучше скажи, как тебе удалось сотворить чудо такое, Вышемир?
Он улыбнулся добро и начал сказывать.
Вот тако**** закончилась это история. Не даром молвит пословица русская: В чужом глазу сучок видим, а в своем и бревна не замечаем!
Холоп* (слав.) – несвободный гражданин Киевской Руси, почти раб.
Басалай** (слав.) – грубиян
Баляба*** (слав.) – рохля, разиня
Безпелюха**** (слав.) – неряха
Фут* – старая русская и английская мера длины, равная 30,48 см.срыу
Василиск** (слав.) – змей
Не кручинься*** (слав.) – Не грусти, не переживай.
СКАЗАНИЕ 23
Стоял месяц рюен*. Не такой теплый, как его собрат зарев**, или червень***, но тоже приятный. Именно в этом месяце начинают становиться листы желтыми, иль красными, готовясь упасть на сыру землю и вновь вырасти на древах высоких, могучих. Именно в ту пору корабли торговые завозили товары разные в Киев град славный. Купцов было много и товаров разных тоже: и рубахи, из льна сшитые, изделия глиняные, древесные, расписные, и еда, и много чего еще. Ехал в Киев тогда купец славный Ахмылом звать. Ростом этот Ахмыл не высок, но зато толстый по телосложению. Ух, как живот выпячивается! Борода густая, черная. Очи голубые. Товар он вез знатный – мед сладкий, свежайший. Много было желающих купить медок. Да и у Ахмыла в краях было его пруд пруди. Вот так и жил, торговал.
Ехал в Киев град тогда еще один именитый**** барин. Звали его Веславом. Ростом высок, с бледною кожей на лике. Худой очень, с бородкой махонькой, темной. Очи карие, не примечательные, с легким испугом. Вез он рыбу свежую. Да ностолько свежую, что весь трюм ею пропах. Желающих купить рыбу тоже было очень много.