- У тебя и прическа сегодня новая, шикарно, - оценивает Яр мой прилизанный хвост. И когда я забираю кофе - шустро достает из кармана шоколадный батончик. Кладет его поверх стаканчика. - Вот. Вам, отличникам, полезно для мозга.
Изгибаю бровь.
- Если полезно для мозга, - кладу батончик на автомат. - То вам, Ярослав Мечиславович, нужнее.
- Ты мое отчество выучила? - смеётся он, вместо того, чтобы за дерзость меня обозвать. Полководцем-коротышкой, или что он там ещё придумал. - С первого раза редко кто с этой задачей справляется. Понимаешь, отец у меня человек непростой. По традициям семья живёт. Ну и имена подбирают, конечно. Ярослав. В детстве некоторые придурки обзывались. До сих пор помню. Как-то раз забрался в ялик, и поплыл по речке Ярик. Взял с собою он сухарик. А ещё при нем фонарик. Нда, - он улыбается, уже искренне. Рвет обёртку на шоколадке, и снова подсовывает мне. - Смешно им, в общем, было. С Серегой, кстати, так и познакомились. В табло один раз получил от меня, и больше я стишат этих идиотских не слышал.
Смотрю на него и жую шоколадку. Поверить не могу, что он это мне говорит.
С чего вдруг?
А я. Вовсю уши развесила, слово пропустить боюсь, с трепетом информацию о нем закладываю в память.
Ещё и угощение ем стою.
- Мне пора, - сухо отвечаю. Сую ему обратно надкусанную шоколадку. - Другого кого-нибудь угости, я такое не ем.
И пока он смотрит на шоколад, мазнувший его белую рубашку, пячусь от него и ускоряю шаг, врезаюсь в толпу у копи-центра, с ней смешиваюсь.
Втискиваюсь в будочку к ксероксу, продавцу и Оле, большими глотками пью кофе, боюсь разрешать себе думать.
Что это только что было?
Он понял в субботу, что я это я? Узнал меня?
И теперь хочет...продолжить ту ночь?
ГЛАВА 21
ЯРОСЛАВ
Шоколад плавится в руке, а я все взгляда не могу оторвать от дерзкой девчонки.
Ну мышь ведь.
Бесцветная, вся какая-то приглушенная. Не страшная, но и красавицей не назовешь.
В толпе пройдет – не заметишь, но… не понимаю.
Прислушиваюсь к себе, и интуиция кричит, требует схватить Еву и не отпускать.
- Чего завис? – Серый хлопает меня по спине, вырывая из странных мыслей. – Влюбился в заучку? Эй, не пялься на нее.
Штерн издевательски прищелкивает пальцами прямо у моего лица, и я отмахиваюсь.
Как был кретином, так им и остался.
- Ты не забыл про конкурс? Ева нам нужна, и мы договорились…
- Да-да, помню я, - Серый закатывает глаза, и пропускает дикого студента, несущегося с кипой бумаг мимо нас. – Соблазним ее, тут дел на пару часов. А взамен получим идеальную ассистентку, которая всю работу за нас сделает. И что, ты наш объект изучаешь?
Можно и так сказать.
Добавить бы ее бледным губам красок, как и щекам. Не обязательно с помощью макияжа. Можно и поцеловать. Впиться в эти бледные губы, прикусить, заставить стонать…
Так, стоп. О чем я вообще думаю?!
- Изучил я уже наш объект. Ева – ледышка.
- Фригидная? – серый хмыкает и, как и я окидывает взглядом тонкую фигурку. – Что, уже подкатывал, и заучка тебя отбрила?
Откусываю от почти растаявшей шоколадки, и киваю.
Так и есть, отбрила же.
Может, и правда фригидная? Или любит постарше.
Вообще, странно, что Ева так себя ведет. Как-никак, я – преподаватель, а она – студентка, хоть и зазнавшаяся в край. Руки так и чешутся проучить ее как следует.
- Эй, ау, - смеется бывший друг, и пихает меня в плечо. – Планета Земля вызывает! Ты где витаешь, Настя укатала?
Настя.
Морщусь от напоминания о невесте, которую отец почти силой навязал. И вину перед ней чувствую, что безразлична, и раздражает так, что сил нет.
Капризами своими детскими.
Бесконечными расспросами.
И ревностью.
Повернуть бы назад, отыграть по новой, и я бы отказался. Жаль, что время только вперед идет.
- Не твое дело.
- Может, и не мое. А может, мое, - Серый кривит губы в усмешке. – Не умеешь ты с девушками обращаться, Яр.
- А ты умеешь? – взгляд упирается в разбитую скулу Серого – туда и заехала недругу моя янтарная, злая девочка. – Оно и видно!
- Хм, мне хоть по роже заехала, а не по яйцам, - цокает он, издеваясь. – Яр, ты стопудово не девичья мечта. Самое дорогое ведь не пожалела. Не приглянулся ты ей.
С*ка, как же он бесит!
Но ведь не поспоришь: она сбежала. И день тот идиотский никогда не забуду: тачку угнали, меня всего двадцать минут в отеле не было, а вернулся я в пустоту.
Ушла.
Пожалела о случившемся.
И в «Да Винчи» была в шоке, нас увидев.