Сердце моё учащённо забилось. Дышать становилось всё тяжелее и тяжелее. Ноги сами переступили порог, подгоняя меня вперёд, а разум советовал бежать. Пройдя несколько шагов на дрожащих ногах я остановилась. Меня никто даже не заметил. Странно, но именно сейчас я совсем не чувствовала страха, и здравый смысл кажется покинул меня. Я вообще плохо понимала, что делаю. В затылке нестерпимо жгло, как будто кто-то вылил на меня стакан кипятка.
Я потрясённо оглядела Сергея: сейчас передо мной был совсем другой человек. От маски сильного и надёжного мужчины ни осталось и следа. Он не видел меня и поэтому в настоящее время был самим собой.
Они стояли друг напротив друга, готовые в любую минуту сцепиться не на жизнь а на смерть. Словно два отвратительных василиска, они извергали злобное шипение в котором не прослеживалось ничего человеческого, А только грязный животный инстинкт.
В комнате росло напряжение. Казалось воздух сжался в упругий комок и мешал продохнуть. Ненависть заполонила всё пространство в квартире и готова была взорваться в любую минуту во что-то ужасное и немыслимое.
Мужчины продолжали выяснять отношения. Всё, что я поняла из их разговора, это то, что речь шла об общаковских деньгах и поставке какого-то лекарства. Илья смело обвинял Сергея в воровстве этих денег. Неожиданностью для меня стало, то что плавно разговор перешёл на меня. Последняя фраза вспыхнула, как клинок над моей головой и вонзилась прямо в моё сердце.
— Сколько бабла твоя баба должна перевезти? — прошипел Илья и схватил Сергея за грудки.
— Нисколько, — ответил Сергей и оттолкнул Илью, тот пошатнулся и схватился за перевязанную голову.
— Тогда на кой хрен она тебе сдалась? Или теперь у нас бабы и впрямь для любви существуют? — прохрипел Илья потирая больной затылок.
Лицо Сергея напряглось, а глаза налились злостью. Я видела, как он со всей силы сжал кулак и несколько раз размяв пальцы дал им в стену.
— Не тебе наркоша судить для чего баба мне нужна, а про порядки сам секу…. И баба моя не просто так сюда прикатила, ей применение найдётся. Пока не время.
Я не могла поверить в то, что услышала. Здесь все заочницы являются обычной тарой для перевозки чего-либо, и таким же багажом для привоза с воли. То, что я принимала за любовь, было лишь легендой. Легендой, позволяющей Сергею быть рядом и контролировать меня.
Правда обрушилась на меня, как гильотина, отсекла моей любви крылья, сорвала розовые очки, скрутила сердце мёртвой петлёй. Всё это время мне казалось, что я купалась в море любви, а сейчас оказалась в центре цунами, которое безжалостно крушило всё что мне дорого. Смывало на своём пути. Огромной водяной лапой в доли секунд разрушила все мечты, превратив их в груду щепок на безжизненном побережье. Разнесла стоявшую на берегу хижину — тот самый рай в шалаше, который я создала в своей душе, страшным безжалостным рёвом стихии заглушало нежный шепот признаний, ледяной волной смывало горячие прикосновения Сергея.
Так больно мне не было даже тогда, когда я увидела лежащий пистолет на столе, и решила поверить Сергею, только для того чтобы не разрушить нашу любовь. Я готова была поверить даже в ту ложь, которой он кормил меня с утра до вечера. Мне не хотелось уходить из сказки, из детского зазеркалья, где роль Алисы отводилась мне.
Теперь я знаю правду.
Ложь. Всё ложь.
Игра. Притворство. Спектакль.
Маскарад, в котором мне отведена роль глупой Коломбины.
От ворота, застёгнутого по самое горло, сделалось тяжело дышать. Внезапно закружилась голова. Наспех расстегнув молнию, я вцепилась в выступ. Кровь шумела в голове бурлящим водопадом, я даже не заметила, как сползла вниз. Реальность ускользала, проваливаясь в ночь, голоса пропали. Из последних сил я открыла рот и сделала попытку крикнуть:
— Сер-гей!!!!!
Потом всё исчезло.
Я открыла глаза от того, что кто-то пристально смотрел на меня. Рядом со мной на стуле сидела Карина и гладила меня по волосам. В памяти промелькнул Сергей и пистолет. Мне хотелось предупредить Карину о возможной опасности, но тут же захлебнулась собственным бессилием. Во рту пересохло, язык онемел. Я словно рыбка выброшенная на берег глотала воздух, не в силах вымолвить и слова. От яркого света у меня зарезало в глазах и я снова закрыла их. Я слышала, как Карина поправила одеяло и удалилась
.
Когда я вновь пришла в себя и открыла глаза, в комнате было темно, полоска слабого света освещала проём. Из кухни доносились голоса. Послышался звон бакалов. Видимо веселье было в самом разгаре.