Неожиданно я услышала какой-то шорох у входной двери. Это заставило мигом собраться. Я встала и направилась к двери, но, не успев сделать и шага к дверному глазку, раздался звонок. Сердце замерло в груди. Для Сергея еще рановато. Боясь сделать лишний вздох я приблизилась к глазку и с особой осторожностью попыталась рассмотреть того кто стоит по ту сторону двери. Когда я увидела Валентину, это вовсе не обрадовало меня, а наоборот насторожило. Я открыла дверь.
Валентина встрепенулась, будто и не ожидала меня увидеть, и только потом заговорила:
— Танечка?! Вы дома? Как хорошо, что я вас застала.
— Да, я дома, — только и смогла выдавить я.
Рука сама распахнула дверь, впуская Валентину в дом.
Валентина вплотную подошла ко мне и еле слышно прошептала:
— Татьяна, нам нужно поговорить.
Голова закружилась, чтобы не упасть, я схватилась за край тумбы и с трудом перевела дух. Получается, что еще не все тайны раскрыты, и Валентина готовит новый удар.
Она прошла в прихожую и застыла, словно ей приказали не двигаться с места.
— Я вас слушаю.
Женщина оглянулась в сторону входной двери, которая была почти нараспашку, затем захлопнула её, и произнесла:
— Пройдемте на кухню.
— Что вы хотите? — зло огрызнулась я.
Пропустив мою злость, мимо ушей, она взяла меня под руку и повела в сторону кухни. Я пару раз дернулась, но силы явно были не равны, пришлось сдаться.
— Да, что вы себе позволяете!
Но Валентина втащила меня в кухню, усадила на стул, захлопнула наглухо дверь, и сама села напротив. Вытащив пачку сигарет, она закурила.
— Таня, вас наверно удивляет, что я пришла к вам?
— Вы даже представить не можете как, — вновь огрызнулась я.
— Я предлагаю вам успокоиться и внимательно выслушать меня.
— А в чем собственно дело? — не унималась я.
Валентина выпустила клубок дыма и беспристрастно заявила:
— Дело в вас и моем брате. Вы готовы выслушать меня?
Я недобро ухмыльнулась.
— Да, что вы все прицепились к нам?! Мы любим друг друга, неужели этого мало?! — взорвалась, не выдержав, я.
— В том то и дело, что……. Вдруг взгляд женщины упал на футляр, лежавший на столе. В это мгновение её лицо вытянулось в неподдельном изумлении.
— Что это? — прошептала она.
— Это моё! — гордо заявила я и сгребла футляр в ладонь.
— Нет, нет, не может быть! — завопила Валентина и, закрыв лицо руками заревела.