«Милая, моя девочка, вы наверняка, тоже считаете, что зеки нелюди. Я бы мог с вами полностью согласиться, если бы не общался с этими людьми. Поймите, здесь сидят самые обычные люди, многие загремели не по своей воле: кто-то заступился за мать, кто-то спас девушку от подонков, а кто-то по глупости. Поверьте, я далеко не заступаюсь за тех ублюдков, которые сидят за изнасилование, убийство, грабежи и разбои, их на зоне опускают, смешивая с грязью. Зато убедился в одном: за каждым поступком стоит человеческая судьба, и не нужно сбрасывать эти обстоятельства со счетов. Здесь очень много судеб достойных пера, хотя многие не заслуживают и капли милосердия. Пишу вам и думаю: Зачем? Разве кому-то интересна судьба простого зека? Но строчки упорно ползут по-бумаге, видимо давно не с кем не разговаривал по душам. От того легко, что мы совсем незнакомы, и нет никаких обязательств, возможно никогда не увидимся, а с души будто камень свалился. На этом заканчиваю свою писанину. От всей души большое вам спасибо за внимание. Всего вам доброго и светлого. С уважением Сергей.»
Я отложила письмо и перевела дыхание. Признаюсь, письмо Сергея меня зацепило. Среди всех писем только это заставило задуматься и проникнуться несчастной судьбой обычного парня. Было неимоверно трудно поверить, что писал человек, сидевший в тюрьме. Уж больно красивым и содержательным был текст. Он был прав, при чтении письма я испытала много разных эмоций. Он, как в воду глядел. Впервые секунды я испытывала огромное желание порвать письмо и избавиться от него навсегда. Но немного поразмыслив, решила, что порвать успею. По крайне мере, Сергей отнесся ко мне с уважением, и не зовет меня сразу замуж. Он просто решил поделиться наболевшим, чем вызвал у меня интерес и доверие. Я стала рассуждать: Как не крути, в его словах сквозила истина. В его рассказе ничего сверхпрочного я не нашла. Мы не знаем, где упадем, а знали бы соломки подложили, от сумы и тюрьмы не зарекаются. Сколько о таких историях ежедневно в «криминальных происшествиях «говорится. Далеко и ходить не стоит. Колька сосед, пятёрку отсидел, за драку, вышел, работает, правда пьет, но держится молодцом. Правда участковый частенько к нему наведывается, но, похоже, Колю такие порядки не смущают. Множество людей гниют и пропадают за колючей проволокой, они подают на апелляцию, нанимают кучу адвокатов, и ничего не добиваются. И вряд ли добьются, потому что наше государство находится на одном из первых мест по коррумпированию. Пока процветает коррупция, вряд ли наш народ обретет заслуженную оправданную свободу. Сотни дел пылятся заброшенными на полки, в правоохранительных органах, им не дают ход, так как они не представляют никакой значимости: за них не заплатят, а ещё потому что — это обычные штатные дела. А если по-простому — обычные гражданские. Человеческая свобода и жизнь не представляет для них ценности. Понятие доблестная милиция давно канула в лета, сейчас больше продажная. Их тоже понять можно, в глубине души они мечтают жить хорошо, но такая профессия, как страж закона, очень ответственный выбор. Нельзя же всю страну пересажать, тем более половина населения живут за гранью бедности, у них на булку хлеба нет, а на приличного адвоката и подавно. Не суди, да не судим, будешь.
Вдруг я настолько прониклась жалостью к таким людям, как Сергей, что на глазах невольно навернулась слеза. Мне показалось, что я слышу протяжный вой, их богом забытых душ. Тяжело пропустить чужую боль через своё сердце, но страшнее остаться равнодушным. Их боль и переживания передались мне. Воображение рисовало страшные картины.
«Так, можно и сума сойти!» — подумала я, взяла себя в руки и отправилась на кухню мыть посуду. Но и там мне не было покоя. Тарелка постоянно выскальзывала из рук пытаясь упасть на пол. Все мысли крутились вокруг Сергея. Пришлось включить телевизор. Но, голубой экран меня не спас, как раз шла передача про тюрьмы и заключённых. «Ну и денёк! «- пронеслось в голове. С этими мыслью, забыв о фигуре, я принялась доедать остатки торта. Что-то хрустело на моих зубах. Я мысленно ругала себя за лишние коллории, и продолжала, есть торт. Затем я щёлкнула пультом и переключила канал. Здесь шел детектив. «Это лучше, чем тюрьма" — подумала я и вперилась в телевизор, стараясь ни о чем не думать, как вдруг в дверь позвонили. Я была в полной растерянности, и не понимала, кому и зачем я могла понадобиться в столь поздний час. Стало как-то не по — себе, но я на цыпочках вышла в прихожую, приблизилась к двери и припала к глазку. На лестничной площадке стояла моя соседка Галька, и пыхтела от ожидания. Пришлось открыть дверь. Галька тут же расплылась в неестественной улыбке, и заговорила писклявым голосочком: