Во мне больше не было сил кричать от боли, холод окутывал моё тело, отчего я поставила ноги на стул, прижав колени к груди. И продолжила молча смотреть в экран смартфона, ощущая, как слёзы стекают по щекам, капая на футболку.
Трель оглушительного звонка, оторвала меня от самоуничтожения, и я поднялась.
Как и ожидалось, стоило открыть дверь, и в квартиру тут же влетел белокурый ураган в лице моей сестры.
— Он козёл! — чмокнув меня в щеку, эта бестия громко потопала на кухню. — Без всякой причины развод. Кретин!
— Жанна, — я устало выдохнула имя сестры и поплелась за ней. — Пожалуйста, давай без этого.
— В каком смысле, Агата? Как вообще так можно поступать? А? Ну вот ладно бы вы поговорили и обсудили все… а так твой Герман поступил как крыса.
— Он уже не мой, — опустившись на стул, я взяла бокал в руку, но отпить вина так и не смогла, горло ужасно саднило.
— Значит, слава богу, — не унималась Жанна, — он не единственный в своём роде. Это я тебе говорю, как трижды разведённая, и в четвёртый раз замужняя.
— О да…, — тяжко усмехнулась я, — в этом ты профессионал.
Жанна помахала головой, и, взяв себе бокал, присела рядом.
— Ты сама не своя, — опустив голос до шёпота, прохрипела сестра и накрыла рукой мою ладонь. – Агата, Герман не стоит твоих слёз.
От этих слов боль вернулась с ещё большей силой, и я снова зарыдала, на это раз падая в объятия сестры.
Жанна была со своенравным характером. В жизни ни за кого не цеплялась, и, как мне казалось, никогда по-настоящему никого не любила. Если только своих детей и родных. Я тоже так хотела, но не могла.
Мы с ней были практически на одно лицо. И это, несмотря на разницу в возрасте пять лет. Нас отличал друг от друга рост, комплектация и цвет волос. Моя волнистая и пористая грива была не сменно окрашена в тёмный шоколад, а Жанна беспощадно обесцвечивала свои локоны, выбеливая до платинного блонда и напрочь сжигая концы.
Её небольшой рост прекрасно гармонировал с тонкой фигуркой, а мои пышные формы только лишь занимали вокруг себя больше пространства. И порой казалось, что это я старше нее, а не наоборот.
Но я не особо комплексовала по этому поводу. Мужу нравилось моё тело, и…
И я никого, кроме него не замечала.
— Знаешь, в этой жизни можно всё выдержать, — после допитой бутылки вина, продолжила успокаивать меня сестра. — Главное — понимать, как.
— Желаешь раскрыть свой секрет успеха? — пьяно протянула я.
Не особо хотелось разговаривать, но я пересиливала себя, ведь так боли становилось меньше.
Жанна лукаво расплылась в улыбке и взяла в руки свой смартфон.
— Что ты делаешь? — я попыталась взглянуть на экран.
— Такси заказываю, — икнула она.
— Такси? Я не…
— А тебя не спрашивают, — не дав договорить, огрызнулась Жанна и поднялась. — Мы не на похоронах. И я давно не выходила с тобой никуда. Ты вечно в работе или же своём муженьке.
Последнее слово больно ударило в грудь, отчего я наморщила лоб.
— Прости, — Жанна сбавила обороты и присела обратно, — просто давай оторвёмся. Сидя здесь, ты только усугубишь своё состояние. Поверь, я это проходила не раз.
— Но я вся опухшая…, — кое-как пролепетала я, в надежде отговорить её.
— Исправим, — подмигнула сестра.
Через час мы стояли на баре одного ночного клуба города.
По наставлению Жанны мне пришлось напялить на себя обтягивающее платье из тонкой сетки с подкладкой, а также снова встать на каблуки.
Мой внешний вид никак не излечивал душевные раны, но после выпитого коктейля, эта затея сестры переставала казаться бредом.
— Вообще, как мне говорил мой психолог, — перекрикивая музыку, продолжала наставлять меня Жанна, — человек после расставания обязан пережить пять чувств. Грусть, гнев, страх, облегчение и одиночество.
— Что?! — не расслышав последнее, я попыталась приблизиться к сестре.
— Сейчас, — крикнула она и достала из сумочки листок с ручкой. — Вот, — набросав чудной список эмоций, Жанна протянула мне бумажку.
— И что мне с этим делать? — удивлённо подняла брови я.
— Проживать, — ответила сестра и затянулась коктейлем через трубочку.
Я посмотрела на листок, ещё раз прочитав написанное.
«Грусть, гнев, страх, облегчение, одиночество»
Что же, пока я находилась на первой стадии. Ведь тяжесть в груди никуда не исчезала, и я то и дело смотрела на свои ладони, разглядывая кольцо на безымянном пальце.
— Я заберу, — заметив мою сосредоточенность на руке, Жанна нагло стянула с меня обручалку и запихнула к себе в сумку.
Противиться этой гарпии было бессмысленно, да и во мне осталось слишком мало сил. Поэтому я продолжила потягивать коктейль, при этом даже не различая вкуса напитка.