— Ваши шашлыки, хлопцы, лучше всех, по запаху чую.
— Попробуйте, товарищ командир, — поднял к нему Коля шипящее мясо.
Хатагов осторожно, чтобы не обжечь руку, снял с вертела кусок мяса, подул на него и откусил кусочек:
— Подгорел у тебя, Коленька, хватит жарить, пересушишь.
А Коля-то втайне старался доказать Лене Пулковскому, что он лучше всех умеет готовить любимое блюдо командира.
— А мой как? — протянул к нему Леня свое изделие. — Откушайте, пожалуйста, дядя Юсуп.
Хатагов попробовал и Ленькино творение. Помолчав секунду, весело воскликнул:
— Отличный шашлык!
Коля нахмурил брови, но командир уже шагал к женщинам, хлопотавшим над приготовлением белорусского коронного блюда — мачанки.
— Ох, боюсь, Хатагыч, — проговорила главная стряпуха.
— Чего боишься, Минна Петровна? — спросил ее Хатагов, пробуя вкусно пахнущие белорусские мачанки.
— Хлопцы-то не идут, — огорчалась она. — А без вина и мачанки мои вкуса не будут иметь.
— A-а, ты о тех, кто за самогоном? Не волнуйся!.. Приедут.
Их разговор прервал подскакавший на коне взволнованный Макар:
— Никитин в ловушке! Предательство!..
Хатагов с полуслова понял Макара и подозвал к себе адъютанта:
— Коня! — И обращаясь к Макару: — Бери автоматчиков и айда за мной!
Плешков подвел Хатагову коня, и тот ловко вскочил в седло. Они поскакали лесной дорогой по направлению к Янушковичам. «Не пристрелили бы Никитина, — подумал Хатагов. — Живым-то он в плен не сдастся». Партизан Никитин давно приметил землянку в роще меж двух дорог, где жила «нейтральная красавица», торговавшая самогоном. Бывало, что Никитин и заночует у этой «доброй красавицы», а утром, докладывая командиру, скажет:
— Скоро у нас в бригаде одной партизанкой станет больше. Я такого ангела разыскал, товарищ командир, что все ахнут.
И на этот раз Никитин с двумя партизанами поехал к ангелу своего сердца за самогоном для сегодняшнего вечера. Клялся, что не подведет.
Хатагов догадывался, что «ангел» связался с фашистами и, видимо кое-что разузнав, решил предупредить эсэсовцев, чтобы те схватили командира по дороге на аэродром.
На стыке двух дорог командир различил силуэт легковой машины, стоявшей на обочине. Осадив коня и прислушиваясь, спешился.
— Рассредоточиться! — тихим голосом сказал Хатагов. — Бесшумно окружить машину и ждать моего приказа.
Автоматчики привязали лошадей, а сами залегли в лесу, ведя наблюдение за машиной. Вскоре к Хатагову подошли два партизана, сопровождавшие Никитина, и один из них доложил:
— Там они! Выпивают… В машине — только один шофер…
— Сколько их? — спросил Хатагов.
— Трое, — пояснили дозорные. — И наш Никитин с ними. Он выходил, дал сигнал, чтобы охраняли машину и вам сообщили о капкане…
— Землянку окружить, — приказал Плешкову Хатагов. — Вам, — обратился он к Макару и двум дозорным, — шофера взять в плен, а машину сжечь!
Плешков осторожно повел автоматчиков на окружение землянки, а Макар с дозорными поползли к машине…
Вскоре все во главе с командиром вернулись к ужину, веселые, возбужденные и радостные. Никитина усадили за стол рядом с «ангелом» и двумя пленными — офицером СС и ефрейтором. Шофер, оказавший Макару сопротивление, остался в сгоревшей машине.
— Иван, — обратился Хатагов к адъютанту, — угости получше господина офицера СС, ему в Москву лететь придется!
Когда Плешков перевел офицеру слова Хатагова, тот, раскрасневшийся от выпитого, спросил Хатагова:
— Не может ли великодушный командир изменить рейс и отправить его, офицера СС, в Мюнхен?
Плешков перевел слова офицера, и партизаны дружно рассмеялись. Никитин сидел гордо, пил и приговаривал:
— Вот это партизанские проводы, по-хатаговски!
Плешков подозревал, что Никитин все, это «организовал» для того, чтобы «украсить» проводы командира. Однако тот отмахивался от слов Плешкова, говоря: «До смерти рад, что живым выскочил из смертельной петли».
В полночь взвод всадников-автоматчиков и командиры подразделений с песнями конным маршем ехали на партизанский аэродром в Бегомль…
Пилот, ведший самолет «Р-5» из партизанского края в Москву, на свой аэродром, волновался. Вместе с напарником, который следом за ним вел «ПО-2», они в сложных погодных условиях выполнили задание: доставили почту, медикаменты и взрывчатку партизанской бригаде, находящейся в Руднянском лесу.