Голоса у него не было никакого — просто гудение, но Пулю почему-то забил озноб, сдавило горло, защипало глаза. Слушать дальше было невыносимо — она шумно зашагала к костру. Муж замолчал, обернулся.
Господи! Какие глаза у него были! И этим своим взглядом он будто взял за плечи и потянул ее, сомлевшую, к себе.
Пуля не помнила, что за сила заставила ее ткнуться в грудь мужа вместе с охапкой наломанной ею рябины…
Вокруг были снега, были голые, очень стылые березки, но было и солнце, зимнее, сонное, красное. Эта его краснота и делала сугробы, березки и небо румяными, теплыми, какими-то надежными, что ли. Мол, не унывайте, други, весна-красна не за горами, а пока суть да дело — мы просто решили отдохнуть…
1966 г.
«Увезу тебя я в тундру…»
Такое случается, наверное, только на свадьбах…
На второй день, с утра, еще не все гости очухались и собрались воедино, еще только очаг затопили и приготовились варить пельмени, как с чьего-то легкого голоса пошла гулять из уст в уста этакой универсальной поговоркой-пословицей строчка из песни:
— Увезу тебя я в тундру, увезу-у-у!
И везде можно было услышать:
— Ой, сват, сегодня я и капли в рот не могу взять!
— А вот увезу тебя я в тундру — литру запросишь, сват!
Или вот:
— Сватьюшка Нюра, подай мне валенки с печи, пожалуйста!
— Ой, сват Паша, спина доконала, повернуться не могу!
— Ха! Увезу тебя я в тундру — там не в моде радикулит!
И еще:
— Сват! Ешь пельмени-то, ешь! Пивка вот тебе.
— Если бы вчера, я бы их уйму съел, пельменей-то.
— Сегодня уж не можешь? Вот увезу тебя я в тундру — завопишь: где мои пельмени?!
— Сват Иван, чего такой невеселый?
— Голова трещит, сват Вася.
— Смотри! Увезу тебя я в тундру — молодцом забегаешь!
И так без конца, и чем дальше, тем назойливее — к месту и не к месту, лишь бы сказать. Стоял сплошной хохот — до тех пор, пока кто-то из молодежи не принес имевшуюся у него пластинку с этой песней.
Все рьяно пустились танцевать — всяк на свой лад: молодежь на современный, старички, как здесь называли всех женатых и замужних, завыкаблучивали фокстротом, полькой, а то и «барыней».
— Сватья Зин, пошли танцевать!
— Сват Володь, не умею!
— Вот увезу тебя я в тундру — затанцуешь рысью марш!
Аля была из приезжих, гостья со стороны невесты. А с невестой они были давними подружками. Вместе начинали учебу в сельхозтехникуме, вместе нынче закончили его. Тут Алина подружка и преподнесла сюрприз: выхожу замуж, девочки, прошу ко мне на свадьбу, подруженьки! Вот это тихоня Тоня! Из подружек одна Аля и осмелилась приехать на свадьбу.
Алю с Тоней — а родом они были из дальних районов — с самого начала поселили в одной комнате общежития, отсюда все и началось.
У Тони в здешних красноуфимских краях оказалась родная тетя, к которой она изредка ездила на выходные. В последние же год-полтора зачастила: мол, скоро направят на работу бог знает куда и когда-то еще увижу мою любимую тетю, а сейчас, пока близко, каких-то сорок километров, почему бы мне засиживаться о этом скучном городке. Ишь как: будто бы деревня ее манила, манила родная тетя! Знаем мы теперь, какие бывают тети, которым двадцать один год и за спиною которых служба в армии, а над румяными губами уже довольно солидные усики.
А хороши оба в подвенечном наряде — он в черном, только рубашка белая, она же — вся в белом, прозрачном и бог знает еще каком. Загляденье. Даже и ты счастливой чувствуешь себя, сидя за одним столом с ними…
— Разрешите! — вдруг услышала Аля над собой молодой мужской голос и вздрогнула.
За ее спиной — потому что спереди подойти к пой мешал стол, щедро уставленный свадебными яствами, — стоял высокий чернявый парень с несколько смущенной улыбкой на лице, приглашая на танец. И когда он подошел так незаметно? Аля даже обшарила глазами всю заднюю стену — нет ли здесь еще одной двери — и встала.
В комнате, отведенной для танцев и плясок, где не было ни мебели, ни вешалок, но было полно народу, парень доверительно, на ушко, попросил:
— Только, чур, давай не выкаблучивать лишку, чтобы не смущать старичков. — И сам первый начал танец на современный молодежный манер. Получалось у него мягко, неброско, но очень мелодично, что ли, и видно было, что в другом, соответствующем обществе он мог бы показать себя с блеском и шумом.
У него было приятное лицо, добрые, внимательные глаза. С такими парнями приятна бывает даже случайная, мимоходом, уличная встреча.