- Не узнаю? Здесь что, сплошь пластические хирурги?
- Глупенькая, - засмеялся психолог. - Может, хочешь лечь, отдохнуть? Ты, наверное, не выспалась?
Мне тут же захотелось броситься на кровать, но мысль о том, что Александр может последовать за мной и лечь рядом, остановила меня. Боже, я не смогу с ним жить! Я не смогу! Я не выдержу! Я сломаюсь! Я не хочууууу!!!!!
- Александр... - начала я, даже не зная, что хочу сказать. - Я должна тебе сказать... - что же я должна ему сказать?
Он только взглянул в мои глаза, и, думаю, все понял. Он как-то подобрался, перестал улыбаться, сгреб меня в охапку и прижал к себе.
- Ты забудешь его. Ты забудешь, милая, и все станет как прежде.
А как было прежде? Одиночество и отчаяние? Пустота и холод? Разве я этого хочу? Нет, я не хочу, как прежде.
- Александр, когда ты понял, что я влюблена в твоего племянника? - в лоб спросила я.
Он убрал от меня руки, отвернулся, выпрямившись и напрягшись, и я смогла вздохнуть полной грудью ароматы осеннего леса, прелость полусгнившей листвы.
- Скажи, наверное, еще года три назад, когда я только описала тебе его внешность, ты уже понял, что это Савелий Лановой?
Он молчал. Подумать только! Мой выдуманный психолог из юношеских фантазий сделал все, чтобы девочка обрела свое счастье с его сыном, подталкивая его к встрече с ней, а этот человек держал своего племянника вдали от меня, старался, чтобы мы не пересеклись. У них натянутые отношения, говорил он... И тем не менее, просил его о подарке для своей девушки, то есть для меня. Выходит, отношения между ними, все-таки, есть? Или он специально для меня говорил о сложностях в общении? Боялся нашей встречи?
- Ты сказал, что был готов отпустить меня, если я встречу настоящую любовь, - прошептала я.
Глупые слезы уже готовились к своему выходу на сцену. Душевная драма - их любимая пьеса.
- Я признался, что так и не смог этого сделать, - проговорил Александр, по-прежнему избегая смотреть мне в глаза.
- Так вот, Саш, - я уже шептала, мне почему-то стало больно говорить. Или страшно, уж не знаю. Мне сейчас вообще было сложно понять свои чувства. И я по-прежнему не знала, что скажу в следующую секунду... - Отпусти меня, потому что это случилось. Теперь я точно знаю, что люблю.
Он хотел что-то возразить, но я не собиралась уступать ему. Пока я еще не сломалась окончательно и не впала в истерику, я буду излагать.
- Да, я люблю. Безответно, без надежды на взаимность. Знаю, мне будет больно, но... все же я люблю. И я не хочу отрекаться от этого чувства.
- Верочка, ты не понимаешь, что ты говоришь...
- Почему это я не понимаю? Саша, я выросла! Мне не 16 лет, и даже не 20. Я взрослая женщина, и я могу отличить похоть от влюбленности.
А к тебе я не испытываю вообще ничего, пронеслось у меня в голове. Спать с другом - это извращение. Я больше не буду извращаться. С друзьями надо дружить. Да и друг ли он мне? Я не знаю. Я теперь ничего не знаю. И в данную минуту даже не хочу биться над ответами на эти вопросы. Я хочу жить, я хочу дышать, я хочу летать. Я хочу рыдать... Мне нужно, чтобы убрали руку с моего горла!!!
- Саш, отпусти меня, - попросила я тихо.
Я не хотела обижать его, я не хотела ни в чем его обвинять. Долгие годы он служил мне верой и правдой, терпеливо сносил мои слезы и истерики, помогал мне, как только мог, и любил, не навязывая свое чувство, ничего от меня не требуя. Так пусть бы так все и оставалось...
В дверь постучались, и через мгновение на балкон шагнул мужчина, чуть старше моего Александра. Солнцеву пришлось натянуть улыбку и подняться навстречу другу. Они пожали руки, слегка приобнявшись, Александр нас представил, и я, сообщив, что не намерена им мешать, решительно направилась к двери в номер. Я видела глаза моего друга, он умолял меня остаться, но я сделала вид, что не заметила его немой просьбы.
Схватив с дивана куртку, я выбежала из номера, и только на улице почувствовала себя совершенно свободной. Мысль, что прямо отсюда я могу уйти куда глаза глядят, позволила мне улыбнуться. Вот только куда мне идти? В неизвестность? Или в прошлое? Блин, некуда...
Выбор ограничился аллеей, обсаженной тополем, только деревья стояли обнаженные, неприглядные, одинокие. Впереди виднелся главный корпус и ворота, раскрытые настежь. Туда я и пошла. И уже приблизившись к резным воротам железного забора, ограждающего периметр территории, я увидела, на дороге черный джип. Мало ли таких джипов в городе, но мое сердце учащенно забилось. А когда из него вышел Савелий, мое сердце вообще готово было выпрыгнуть прямо к нему в руки. Знает своего хозяина. Любимого, выбранного добровольно и без принуждения.
Я оглянулась на наш корпус, балкон нашего номера выходил прямо на главную аллею, Александр с приятелем курили, облокотившись на перила. Я не могла видеть глаза своего друга, но по тому, в какой напряженной позе он застыл, понимала, что он взволнован, что он, возможно, страдает, потому что не заметить Савелия было невозможно. А мой идеал уже направлялся в мою сторону решительным шагом.
Он не улыбался. Взял меня за руку и молча направился по аллее. Думаю, он тоже видел Александра, и спешил к нему. Ну надо же какой, не поздоровался, будто мы чужие. Тогда почему держит за руку так крепко, как будто решил пресечь любую мою попытку вырваться и убежать? Но я и не убегу. От него-то? Да ни за что. Чтобы я там не решила с отрыванием от сердца. Вот вижу его, и отрекаюсь от самой себя.
Нет, ну а для чего тогда жить, если не для любви? Просто влачить свое существование, пусть и не жалкое, ходить на работу, покупать хлеб, платить квартплату, и все? Ну, читать хорошие книги, заучивать стихи и смотреть комедии? И все? Я не знаю, но делать все тоже самое рядом с Сэвом - это счастье, а без него - смерть. Просто пустота и бессмыслица.
Надо же, как один человек может преобразить все вокруг тебя просто одним своим присутствием. Просто своим существованием. Вот он есть, и мне уже хорошо. Я никогда не испытывала ничего подобного ни с одним человеком. Вот честное слово!
Мы остановились под балконом. Александр с высоты второго этажа молча смотрел на нас.
- Здравствуй, дядя, - это первые слова, которые я услышала от Савелия с момента нашей встречи.
- Савелий, - Александр слегка наклонил голову, на лице маска, не понять, какие чувства его обуревают.
- Это твой племянник? Ух, какой ковбой, - улыбнулся приятель Александра. - Я помню его еще школьником. Как годы летят.
- Я приехал поговорить с твоей... невестой, - продолжал между тем Лановой.
Вот гад! Что он делает! Зачем он так? Я видела, что Александр дернулся, словно получил пощечину.
- А почему ты решил, что можешь говорить с моей невестой наедине?
- Думаю, ты не захочешь присутствовать при этом разговоре, - в тоне Сэва послышались грозные нотки.
Я стояла, как бесплатное приложение к этим двоим. Они оба мучают меня. За что? Савелий повернулся ко мне.
- Вера, ты можешь уделить мне время и поговорить со мной?
Такой официоз просто смутил меня... Я подняла глаза и посмотрела на Александра.
- Саш? - спросила я у него разрешения.
Думаю, я пошла бы с Сэвом в любом случае, но вот обижать друга мне не хотелось. Тем более разговор происходит в присутствии постороннего человека.
Александр ничего не сказал, лишь кивнул, как-то обреченно.
- Вот и хорошо, - хлопнул его по плечу друг. - А мы с тобой пойдем, пропустим по стопарику, а? Пока молодые гуляют, - и увлек его в комнату.
Я молча шла за Савелием. Он не торопился начать разговор. Только сжимал мою руку, скрестив наши пальцы. Я могла бы так идти всю жизнь, неизвестно куда, лишь бы с ним, лишь бы вдыхать этот аромат его одеколона, и коситься на его профиль. Мужчина моей мечты.
- Ты вчера убежала, - сказал он утвердительно, но я поняла, что это вопрос. Мне надо дать объяснение.
- Савелий...
- Тебе было плохо и не уютно там?