У Александра есть племянник, довольно необычный человек, который ни во что не ставит свою жизнь. Спуск на сноуборде с крутой горы - это для него как игра в песочнице. Он прыгает с парашютом со скалы, он плавает на серфе, ездит на байке, а отпуск предпочитает проводить в Африке, этакое сафари на джипах. И он привез этот кусочек лавы из настоящего вулкана.
Вообще-то, Александр не любит говорить о своем родственнике, я мало что про него знаю, и никогда не видела, но между ними есть какое-то напряжение, и отношения довольно сложные. А раз уж у психолога есть напряги в общении с другим человеком, тем более родным, то я не рискну лезть туда с попыткой в этом разобраться.
- Вот это да. Вера, что я вижу! - он не сводил глаз с моего кулона.
- Это лава... - начала я.
- Я знаю, что это - перебил меня Лановой.
- Правда? А я бы не догадалась.
- А я догадался.
Он стал какой-то странный. Ну он и так странный, это я уже выяснила, только он как-то подозрительно стал смотреть на мой кулон. Может, этот камень обладает какой-то магической силой и оказывает какое-то воздействие на мужчин? Хм, на моих директоров он никак не воздействовал ни разу, или они просто защищены от его силы.
- Могу я спросить, откуда он у вас? - спросил Савелий.
- Можете, - я кивнула и замолчала. Ну ответила на вопрос конкретно.
Видно, что ему это не понравилось. Он ждал пояснений.
- Ладно, я не знаю, откуда он. Вернее, мне его подарили.
- А кто Вам подарил его?
- Слушайте, такое ощущение, что Вы или хотите попросить себе такой же, или желаете наказать того, кто его мне подарил. Вы что-то имеете против застывшей лавы или вулканов вообще?
- Я всего лишь спросил. Определенно точно, что такое не продают в наших ювелирных салонах.
- Вы угадали, его привезли из другой страны, в которой есть вулкан, застывший. Извините, не вспомню сейчас. Что-то слышала, но название мне непонятное, и быстро вылетело из головы, - я пожала плечами.
- А Вы странная штучка, Вера, - задумчиво произнес Савелий Лановой, разглядывая и мой кулон, и грудь, на которой он спокойно лежал.
Я все-таки поперхнулась чаем, который он мне заварил.
- Да, я такая, - просипела я, после того, как он совершенно спокойно постучал меня по спине.
- Ну, спасибо за кофе, мне пора, - он засобирался.
Да, я опозорилась по полной программе. Встретила его в не пойми каком виде, лохонулась с предупреждением о переносе встречи, обещала напоить кофе, а вместо этого заставила еще и мне чай делать, подавилась им, да вдобавок ему мой кулон не понравился. Все, плакал мой шашлык на свежем воздухе.
- Да, кстати, на счет выходных. Я Вам позвоню, - сказал он уже в дверях.
Сил ответить у меня не было, я только согласно кивнула. Надо же, не забыл! Человек слова. Уважаю таких. Может, уже и пожалел о своем скоропостижном решении пригласить меня, тем более что я сама так нагло и бесцеремонно напросилась, а вот не отступит, не откажется от своего обещания. Ну и я не откажусь. Может, и придется потом пожалеть, когда он появится в обнимку с красивой девушкой и начет меня знакомить со своими друзьями, такими же прекрасными, как и он. Все будут парами, а я одна, такая плебейка. Ну и что, зато хоть мяса поем.
Мы вышли в холл, и Савелий набрал номер на мобильном телефоне.
- Володь, ты где? А когда будут готовы? Отлично, жду, - и повернулся ко мне. - Скоро прибудут Ваши сапоги, - он снова улыбнулся.
Но мне было уже не важно, какая у него улыбка. Что-то произошло, я это чувствовала. Только не могла понять, что я такого сделала, чтобы в его поведении и взгляде появилась такая прохладца. С утра он был более дружелюбен и внимателен. Было больше теплоты, что ли. Может, человек сейчас отходит на второй план и деловая жилка берет верх, приходит привычная сухость, замкнутость и равнодушие?
Ладно, потерплю два дня, а там выходные, и более близкое общение. Будет он с кем-то, или один - не важно. Зато я буду возле него. Фу. Я уже как зависимая становлюсь. Успокаивает только то, что он-то этого не знает!
А все-таки, странные это мероприятия - отдых на природе и вообще. Все всегда начинается чинно и благопристойно. А заканчивается тем, что серьезные дяди и тети превращаются в свиней или развязных сладострастников. Вот честно, столько раз видела!
Да чего далеко ходить за примером. Был у нас корпоратив пару месяцев назад по поводу дня рождения Иванова. Мои директора такие праздники любят отмечать с размахом, в ресторане с полным набором услуг аниматоров или как их там называют. И пригласил меня на один танец наш прораб. Виктор Иванович Мокин. Парню 65 лет, солидный, умный, деловой, все его уважают, и у нас с ним с первого дня хорошие отношения сложились. И вот значит танец закончился, он меня на мое место проводил, и вдруг уселся рядом, а уже к этому времени он хорошенький был! И вот глаз с меня не сводит, коленку от моей не отодвигает. И так проникновенно и настойчиво говорит: 'Поехали со мной'. Я аж отвернулась даже, слов не нашлось. Поворачиваюсь, а он на месте, никуда не ушел, меня взглядом осоловелым сверлит и снова: 'Поехали, ты хорошая'. Я попыталась вежливо улыбнуться. Мне не до веселья, уже пожалела, что пошла - трезвой на таких мероприятиях делать нечего, но становиться пьющей я не собираюсь. А он опять: 'Ты не думай, я люблю свою жену'. И стал что-то про нее и про себя хорошее говорить, а потом опять, поехали да поехали. Я на силу отбилась.
А на следующий день я на работу шла, думала, как мы в глаза друг другу смотреть будем. А он как ни в чем не бывало: 'Анатольевна, сделай копии с этих документов, и оформи этого человечка в мою бригаду на пол ставки'. Ну и ладно, я и забыла.
Зато в тот вечер удивил Чащин. Правильно Кривцов про него сказал: 'Интеллигента всегда видно'. Чащин напился в зюзю. Просто в хлам. И знаете, в чем это проявилось? Он полез ко всем целоваться. И знаете, не так, как Мокин, мол приспичило, поехали. Нет, а со словами: 'Ты мой зайчик, ты моя рыбка' и так далее. И молодым двадцатипятилетним мастерам ласки перепало, и замам его и их женам. Все так прилично, с отцовской нежностью, вот честное слово, ни капли похабности. Но все равно я стояла и смотрела, как он, сидя на стуле, потому что стоять не мог, по очереди всех к себе призывал и обнимал, называя ласковыми словами, и внутренне сжималась. Стою и думаю: я не подойду. Это он меня при всех... ну комплексы, в общем.
Дошла очередь и до меня. Он ко мне обернулся всем корпусом, руки протянул для объятий, говорит: 'Анатольевна, иди сюда'. 'Нет, я не пойду', - говорю. А он зовет, настаивает, улыбается так ласково. Меня в спину толкают, мол, иди, надо. Пришлось подчиниться, начальство, все-таки. А он в живот мне уткнулся, рыбкой, лапочкой и еще какими-то зверюшками назвал и с нежностью отпустил.
А в гардеробе, пока главбух на нем куртку застегивала, он опять меня заметил. 'Ангел, - говорит. - Анатольевна, ты ангел'. Наутро он приехал в офис весь какой-то покоцаный, поцарапанный. Я думала, к кошаку своему лез вечером с поцелуями, а главбух по секрету сообщила, что он из машины вывалился. Вот и асфальту его нежности перепало.
Ой, а в другой фирме я работала, там по охране труда и технике безопасности у нас подполковник был устроен. Ну вояка воякой, всю жизнь, как говорится, провел в седле и с шашкой наголо. Вот он когда на новогоднем вечере напился, у него мат полез через каждое слово, и вроде хотел мне что-то хорошее сказать, а все грубо выходило. Стал говорить какой я незаменимый работник, и закончил тем, что пообещал порвать меня как тузик грелку, если я только надумаю уволиться.
Но тот вечер запомнился мне совсем не этим. На торжественную часть из Питера приехал наш главный учредитель, мужчина с большой буквы М. И вдруг, когда он говорил тост, я не помню, о чем он был, но что взрезало буквально мой слух - так это то, что он хотел бы выпить за такую красивую женщину как я. Я - красивая женщина? Вот, что творит с мужчинами водка, шампанское и кусок материи темно-фиолетового цвета, удачно скроенный и сшитый по фигуре. И это при том, что напротив него сидели самые видные и красивые девушки, по крайней мере, моложе меня и действительно одетые богато и роскошно. И еще уверенные в себе, не то, что я, забившаяся в самый угол стола и спрятавшаяся там. Через весь стол он сообщил мне, что я напоминаю ему его секретаршу, я такая же умная и красивая. И что-то еще говорил, но я уже не в силах была это воспринимать. А все сидели и улыбались мне.