На обратном пути, причалив к знакомому берегу, он вылез из лодки. К его огромному удивлению, монстры, которые еще недавно преследовали его по пятам, словно растворились в воздухе. Ни единого шороха, ни единого признака их присутствия. Это было невероятное везение, которое позволило ему без помех добраться до особняка.
Уже внутри огромного, гулкого здания, Адам почувствовал, как усталость накатывает волной. Он решил передохнуть и согреться у камина, который, к счастью, был уже растоплен. Поднявшись на второй этаж, он направился в спальную комнату. Чувствуя, как веки тяжелеют, он лег на кровать, намереваясь лишь на минутку закрыть глаза. Он начал тихонько разговаривать сам с собой, пересказывая события дня, пытаясь осмыслить произошедшее. Его голос, тихий и уставший, эхом разносился по комнате, но он был настолько погружен в свои мысли, что совершенно не заметил, как в дверном проеме появилась темная медленно движущейся фигура.
Это был монстр, но не такой, как те, что преследовали его в лесу. Этот был на инвалидной коляске, его движения были плавными, теперь бесшумными, если бы не едва уловимый скрип колес и странные, булькающие звуки, которые он издавал. Адам, убаюканный собственным голосом и усталостью, не слышал ничего, кроме отголосков своих мыслей. Монстр приближался, его силуэт становился все более отчетливым в полумраке комнаты, а противные звуки становились громче, проникая сквозь завесу его самозабвения. Он был так близко, что Адам мог бы почувствовать его дыхание, если бы только обратил внимание. Но он продолжал говорить, его слова терялись в тишине, а монстр, словно тень, скользил к своей цели, готовый нарушить хрупкое спокойствие, которое Адам так отчаянно искал...
- Адам: А? Это ты? Привет дружище, давно не виделись, знаешь, вокруг происходит какой-то бред, ты не знаешь, что случилось со всеми?
Внезапно монстр задергался, его конечности задвигались в стороны, будто он пытался освободиться или найти опору
- Адам: Да... Я тоже в шоке со всего этого, ничего, прорвёмся...
Внезапно, с грохотом, монстр рухнул с инвалидной коляски, его механические колеса заскрежетали по полу, а металлические части жалобно звякнули. Адам, встревоженный этим резким звуком, вскочил с кровати, его сердце забилось учащенно. Он бросился к существу, чтобы помочь, но тут же замер, пораженный ужасным зрелищем: изо рта монстра хлынула густая, ярко-зеленая пена, пузырящаяся и шипящая, словно кислота.
— Эй, эй, ты чего? — Адам, преодолевая отвращение, похлопал монстра по плечу, ощущая под ладонью неестественный холод. — Ты весь ледяной, нужно зажечь камин.
Мужчина бросился к старому, массивному камину, стоявшему в углу комнаты. Схватил пару поленьев, лежавших на кованой подставке рядом, и бросил их внутрь. Но вместо того, чтобы упасть на решетку, они с глухим стуком провалились куда-то вниз, в зияющую черноту, словно камин был бездонной пропастью.
- Адам: А? Что это?
Недолго думая, движимый странным любопытством и желанием понять происходящее, Адам забрался в камин. Он тут же провалился, падая в кромешную тьму, пока не приземлился на что-то твердое. Он оказался в тесном, деревянном помещении, воздух которого был густым и тяжелым, пропитанным удушливым запахом гнили и чего-то еще, более отвратительного – запахом ненастоящей, но от этого не менее жуткой смерти, который проникал в легкие и оседал на языке.
- Адам: Черт, теперь мне нужна помощь не меньше, чем тому парню...
Сжимая в дрожащей руке пистолет, который он всегда держал при себе, Адам медленно двинулся вперед. Длинное помещение казалось бесконечным, его стены были измазаны засохшей, бурой кровью, а с низкого потолка свисали растрепанные, грязные ткани, которые больше напоминали обрывки чьей-то одежды, чем просто тряпки.
Внезапно сзади раздался пронзительный, душераздирающий крик, от которого волосы встали дыбом. Адам резко обернулся и заметил на стене тускло светящуюся кнопку, которой мгновение назад здесь точно не было. Он подошел к ней, нажал, и замер от ужаса и отвращения.
Перед ним возникла лестница, но не обычная. Она выглядела так, будто вместо железных прутьев ее создатели использовали человеческие кишки, толстые и скользкие, намотанные на сгнившие, покрытые плесенью ветви дуба. Дотронувшись до одной из ступеней, Адам с громким визгом отдернул руку, ощутив под пальцами отвратительную мягкость и липкость.
- Адам: А! Они мягкие... Прям как... Фу...
Поставив ногу на первую ступень, он почувствовал, как кишка немного прогнулась под его весом, а затем и вовсе превратилась в отвратительный, хлюпающий фарш. Адам закрыл глаза, прикрыл нос рукой, пытаясь отгородиться от запаха и зрелища, и медленно, с каждым шагом преодолевая себя, начал подниматься.