– Окно, Влада, – повторяет он сухо.
И перегибается через меня, чтобы нажать нужную клавишу.
Парень почти обнимает меня и вдавливает в мягкую спинку сиденья, пока поднимает тонированное стекло до упора. Потом он зажимает язычок ремня и пристегивает меня, фиксируя на одном месте. Я же дышу его родным запахом, но чувствую чужака.
Или он играет? Исполняет вынужденную роль? Но для чего?
Боже, что происходит?
– Кай, – я тихо зову его, чтобы не услышал водитель и легонько наклоняюсь вперед, чиркая щекой по джинсовой куртке парня.
Он отстраняется и откидывается на спинку. Молчит.
А я опускаю взгляд на чертов ремень безопасности, который жестко перетягивает мое тело. Это намек? Чтобы сидела тихо и не мешала ему?
В моей голове столько вопросов, что я путаюсь в них. Но самое ужасное заключается в том, что кроме мучительных вопросов есть страх. Я по-прежнему не знаю, где Олег и что с ним сейчас происходит. Появление Кая лишь спутало карты и я даже не пойму, хорошо это или плохо. Он стал на один шаг ближе в спасению или ровно наоборот?
Я обхватываю пальцами ремень и скручиваю его, чтобы дать волю эмоциям хоть как-то. Кричать здесь нельзя, двигаться тоже, на вопросы включают игнор. Я зажимаю жесткую ленту до боли в пальцах и вспоминаю непонятный разговор между Стенли и Каем, который случайно услышала вчера. “Подумай еще раз, он убьет тебя, если узнает” – произнес тогда водитель, и теперь его слова кажутся мне приговором.
– Что происходит? – я поворачиваю голову к Каю и предпринимаю вторую попытку заговорить шепотом.
Водитель включил магнитолу и я уверена, что он нас не слышит. Но Кай тоже делает вид, что не слышит меня. Смотрит в свое окно и передирает в ладони сотовый телефон, прокручивая его туда-сюда. Я начинаю злиться и ловлю себя на мысли, что иногда прекрасно понимаю Босса, которому только дай повод, чтобы придушить Кая. Я пытаюсь понять, в каком он состоянии, не принял ли еще какой-нибудь дряни, которая могла затуманить мозги и подсказать ужасные решения.
Он вообще в себе? Понимает, что делает?
Я выбрасываю ладонь и сжимаю его локоть. И Кай, наконец-то, смотрит на меня! Я вижу его глаза… зрачки, которые не расширены. Пробегаюсь взглядом по всему его корпусу и не замечаю нервных ужиком или пьяной расслабленности.
– Не трогай меня, – говорит он и качает головой, предостерегая. – Сиди смирно.
– Ты меня пугаешь, – я складываю фразу одними губами, чтобы бросить ему своего рода шифр.
Ведь он тоже может мне ответить беззвучно, если все-таки боится свидетеля. Я пойму, пусть только бросит подсказку. Она мне сейчас так нужна, мне хватает страха за судьбу Босса, чтобы еще тревожиться за поступки Кая.
– Хватит, Кай, – я нажимаю снова, вбивая немые слоги в воздух. – Я больше не могу.
– Леш, добавь еще, – Кай игнорирует меня и перегибается к водителю между кресел. – А то она зубами стучит.
Мне и правда прохладно, но я не замечала этого, пока Кай не сказал. Платье не по погоде – не самая большая беда, чтобы думать о нем. Я обнимаю себя руками и поворачиваюсь к окну, понимая, что Кай не собирается посвящать меня в свою игру. Он такой упрямый? Или сумасшедший?
Предатель?
Меня пронзает насквозь от слова, которое вдруг приходит на ум, и тут же хочется ударить себя по щеке. Нет! Нет, только не Кай… Он столько раз рисковал ради меня и спасал, он бы не смог рискнуть мной и подставить под удар, я ведь знаю его, как никто другой. Мне иногда кажется, что только мне он и открылся по-настоящему. До самого нутра и оттенков души. Я помню, как тяжело ему давались моменты откровенности, так они даются человеку, который привык всё держать в себе и не подпускать чужаков и на километр к себе. Он практически выдирал правду о себе и позволял мне увидеть себя без масок и наглых защитных взглядов.
Кай не предатель.
И он сын.
Чтобы Кай не говорил и не чувствовал к Олегу из-за меня, он все равно его сын. Разве можно пойти против отца? Не схватиться за нож в приступе ярости и в помутнении рассудка из-за таблеток, а вот так, хладнокровно и спланировано?
– Приехали, – Кай вырывает меня из раздумий, когда отщелкивает мой ремень. – Держишься меня и без фокусов.
– Кай, – зовет его водитель. – Я в клуб не пойду, наших и без меня там полно.
– Ок, – Кай кивает и спрыгивает с подножки внедорожника.
Он протягивает мне ладонь, чтобы я перелезла к нему и вышла через ту же дверь.
– Без фокусов, Влада, – повторяет он другим тоном.
Мягче.
Вкрадчивее.
Или мне кажется? Потому что я хочу слышать его нормальный голос, а не холодные распоряжения.