– Есть предатель?
– Ага, – Кай коротко кивает. – Иначе бы нас так не прижали.
Я слышу, как открывается дверца, и рывком обхватываю ладонь Олега, который явно закончил нашу встречу. Он, наконец, поднимает на меня глаза и буквально топит в бездонном море силы и харизмы. Я проваливаюсь в его синие глаза и забываю, как говорить.
– Влада, – он смотрит на мои пальцы.
Он не хочет грубо вырывать ладонь, но тоном показывает, что я его вынуждаю.
– Береги себя.
Я увожу пальцы выше по его локтю, собирая крупицы его давящего тепла, и все-таки отпускаю Босса. Глубоко в сердце я злюсь на него, потому что больше всего на свете хочется обнять его и дышать каждой секундой нашей близости, ведь вокруг столько оружия, столько жестоких людей и столько опасностей… Дурно от одной мысли, что с ним может произойти, а мы тратим время на холодную дистанцию. Он отодвигается, отдаляется, ищет способ уйти из моей судьбы.
Олег уходит, и я остаюсь с Каем, который приобнимает меня за плечи и дает уткнуться в свою грудь.
– Тебе тоже скоро?
– Да, крошка.
Я теснее обнимаю его, чувствуя, как становится тяжело на душе. Мне плохо без них, физически, морально, как угодно… Мне не хватает воздуха, а мысли в голове становятся колкими и острыми как разбитое стекло. Они ранят меня до крови.
– Всё образуется, я обещаю тебе.
Кай перегибается между передними креслами, находит целлофановый пакет и возвращается с ним ко мне. Он рвет упаковку, под которой оказывается мужская футболка.
– Не мой размер, – я шутливо улыбаюсь и получаю сладкий поцелуй в скулу.
Кай использует футболку как полотенце, он мягко массирует мое тело и приводит меня в порядок. Я смотрю на его длинные пальцы и в сотый раз понимаю, что в них спрятано нежности на миллион прелюдий.
– Я приеду сразу, как смогу, – произносит Кай. – Буду стараться утром…
– Не надо стараться, а то наделаешь глупостей.
– Я и глупости? – он вскидывает брови и смотрит на меня непонимающим взглядом. – Или ты не хочешь меня видеть? Значит за Босса двумя руками цепляешься, а мне можно не приезжать?
Я теряюсь от его слов, он вроде бы прикалывается, но что-то неприятно скребет и угадываю самую настоящую ревность в его словах.
– Меня понесло, – Кай первым сдает назад. – Дурацкая шутка.
– Ты же понял, что я имела в виду.
– Да.
– Ты резкий, Кай, и любишь обострять. У тебя характер такой… нервный, рваный даже. Я не представляю, как ты там сдерживаешь себя.
Я обнимаю пальцами его подбородок и мягко провожу, повторяя черты. Он закусывает нижнюю губы и примирительно кивает.
– Хорошо, я не буду стараться, – шутит. – И я терпеливый, когда надо.
– Не сомневаюсь.
Кай целует меня на прощание и подзывает водителя, чтобы он увез меня. После ворот мы поворачиваем в другую сторону, и становится ясно, что эту ночь в проведу в противоположной стороне города. Я впервые задумываюсь, сколько у Босса должно быть домов и квартир, сколько точек на карте, которые принадлежат ему или его людям. И по большому счету именно за эти точки сейчас идет война, у него пытаются отгрызть кусок власти и влияния. Забрать себе силой.
Арс встречает меня на крыльце и отпирает замок высокой двери, звеня ключом. Он включает свет в квадратной гостиной, которая начинается сразу за дверью, и проходит к электрическому камину. Его он тоже зажигает.
– Для уюта? – я усмехаюсь и собираю руки в замок на груди.
Я никак не привыкну к переездам, как к тому, что у Босса отсутствует понятие “дома”. У него осталась та квартира, в которую Кай привез меня по приказу и в которой я наглоталась таблеток, чтобы выдержать первое личное столкновение с Боссом, но теперь он там почти не бывает. Нам обоим не по себе в ее стенах, все-таки она запомнила и впитала мой страх. Мы даже не обсуждали это, просто вычеркнули старый адрес из жизни и забыли.
Перевернули страницу.
– Ты что-то молчаливый сегодня, – я прохожу к дивану и смотрю на широкую спину Арса.
Он до сих пор смотрит на камин и думает о чем-то своем. А еще я вижу, как играют мышцы на его спине под черной футболкой. Перекатываются сгустки силы, натягивая ткань до предела.
– Арс? Ты в порядке?
Я думала опуститься на диван, но решаю подойти к охраннику. У меня чувство, будто в воздухе натягивается невидимая струна, как предчувствие плохого… от него еще можно отмахнуться, но с каждым мгновением оно становится отчетливее и сильнее.
– Нет, Влада, я не в порядке.
Он резко разворачивается и смотрит на меня с напряжением.
Я теряюсь под чужим взглядом. Я не помню, чтобы Арс когда-нибудь смотрел на меня так. В его глазах стоит адская тревога и тягучее сомнение. И он подталкивает себя к злости, я вижу, что он пытается раскрутить себя на другие скорости. Еще чуть и он поднимет ладони и наотмашь ударит себя по щекам, как делают боксеры перед выходом на ринг.