И практически не замечаю лёгкую вспышку боли у основания шеи. Она появляется и исчезает как дополнение к чистому блаженству.
В этот раз мы с Ником кончаем вместе, я чувствую, как содрогается его тело, как я наполняюсь спермой, такой обжигающе горячей, что отголоски оргазма воспринимают её за ещё один приятный бонус. Мне всё нравится, и я мысленно машу рукой на очередную брешь в защите. Второй мужчина, с которым я не предохраняюсь. Что ж, если их Луна действительно способна на чудеса, и я после этого забеременею, то скажу ей большое спасибо. И, значит, дело не во мне и неправильном лечении, а в тупости и упрямстве Ярика.
Выкидываю из головы все посторонние мысли. Думать о бывшем муже в такой момент – просто кощунство. Обнимаю Никиту, целую его в плечо, и он поднимает голову, находит мои губы, дарит долгий поцелуй, в котором романтичная натура могла бы разглядеть много чего интересного.
– Я тяжелый, – вдруг произносит он, и мы резко меняем позу.
Голова немного кружится, но я прихожу в себя и смеюсь. Второй комплект красивого белья остался жив только благодаря тому, что я его вовремя сняла.
Прижимаюсь к Никите голой грудью, запускаю пальцы в его волосы, целую в бровь, поворачиваю голову и ойкаю. Поднимаю руку, касаясь места на шее, которое почему-то болит.
– Не стоит пока трогать, – отводит Ник в сторону мою руку, подносит к губам и целует. – Лучше я.
Не успеваю сообразить, как он проводит языком по шее, чуточку щекотно, то так приятно, что я сама начинаю ёрзать на нём, ягодицами ощущая, что скоро мне грозит второе блюдо нашего банкета.
– Что это?
– Не сдержался, прости, – в его голосе нет ни капельки раскаяния.
– Поясни, – не знаю, что он там творит, но я уже возбудилась и намокла, а ведь он даже не трогает ничего слишком уж развратно – просто поглаживает спину и… облизывает.
– Укусил.
– Ты меня укусил? – смеюсь. – Какой плохой мальчик!
– Я хороший.
– Хорошие мальчики так больно не кусаются! – журю его.
– Я старался, чтобы было не слишком больно, – шепчет мне Ник.
– Надо было вообще не кусать, – мысли снова уплывают куда-то в сторону, его ласки становятся всё откровеннее.
Распаляюсь. Готова к активному продолжению, сама начинаю тереться о Никиту, постанывать и просить большего. Укусил? Ладно, у оборотней могут быть свои заморочки, потом с этим разберусь.
Глава 11
– Ты обещал, что научишь меня кататься на лыжах, – говорю тихо, вырисовывая на мужской груди кружочки.
Мы лежим на полу у горящего камина. На большой белой шкуре какого-то неведомого зверя. Может, она не настоящая, спрашивать лень, поэтому я наслаждаюсь моментом.
Когда мы переместились сюда, Никита улыбался. Во время первого перерыва он с таким восторгом показывал мне дом, словно в него вселился профессиональный риелтор. Хотя свою роль могла сыграть и моя обнажённая натура, которой удалось зацепить лишь небольшой пледик, едва прикрывший плечи.
А дом шикарный, мне нравится. И лёжа сейчас перед камином, греясь в мужских объятиях, я думаю о будущем. Не хочу, но мысли сами лезут в голову. Поэтому и перевожу разговор на что-то нейтральное.
– Если хочешь, можем отправиться прямо сейчас, – Никита целует кончик моего носа.
– Хочу, – потягиваюсь и морщусь. – И не хочу.
– Прости. Я тебя укатал?
Его рука ложится мне на живот и ползёт ниже с недвусмысленными намерениями.
– Укатал, – выгибаюсь, позволяю почти дойти до запретного и поднимаюсь, сбрасывая шаловливые ручонки.
– Даш, – Никита наблюдает, как я встаю, рассматривает меня, щурится как нажравшийся кот. – Ты такая красивая…
– Ты тоже ничего.
Пытаюсь вспомнить, где мы раздевались, вздыхаю и иду искать вещи.
– Оставайся у меня.
– А?
– Я позвоню в отель, твои вещи привезут из номера… Оставайся у меня.
Оборачиваюсь. В комнате светло, на улице ещё далеко до вечера, так что рассмотреть Никиту легко. Он смотрит внимательно, ждёт мой ответ, и я с ужасом понимаю, что колеблюсь. Рассматриваю вариант на самом деле временно переехать к нему.
– Нет, Ник, это очень плохая идея, – сообщаю ему.
– Почему? – он тоже поднимается.
Чёрт. Красивый. Обнажённый. Весь такой идеальный. Смотрит на меня, показывает своё тело и лишает разума. Вот как думать рационально, когда перед тобой такой идеальный образец мужчины?
– Мы знакомы второй день. Может, я мошенница и преступница? Впустишь в дом, я вынесу всё ценное?
– И пусть, – он делает шаг ко мне, завораживает своим взглядом. – Здесь нет ничего такого, чтобы я ценил больше тебя. Всё равно самое дорогое я тебе уже отдал.