Она тряхнула головой, отгоняя тот бред, что нёс этот ублюдок. Из-за чего волосы упали на лицо, скрывая её. Но он жёстко взял девушку за подбородок и заставил поднять голову. Рассматривал. Его глаза горели жадностью и триумфом.
Большой палец властно, почти насильственно скользнул по нижней губе. Мия попыталась отстраниться, страх и отвращение боролись с яростью, но его сила была подавляющей. Он не отпускал, не позволял ей вырваться.
Его другая рука внезапно легла на грудь, сжимая так сильно, что она ахнула от боли и унижения. Она инстинктивно попыталась отбиться, царапая его запястья, но он был слишком силён.
— Прекрати! — закричала Мия. Председатель грязно рассмеялся, будто её попытки забавляли его.
— Бейся сколько хочешь, — его рука скользнула к подолу футболки и рванула ткань вверх, обнажая живот.
Холод воздуха ударил по коже, она вновь попробовала оттолкнуть его, но руки были слабыми против его мощи. Пальцы мужчины впились в талию с такой силой, что оставляли синяки на тонкой коже.
— Пожалуйста... — выдавила она почти шёпотом, полным отчаяния. — Мне нужно идти...
Он оборвал её одним движением руки, сжимая шею, не до боли, но достаточно, чтобы она почувствовала его силу. Большой палец медленно, почти с наслаждением провёл по ключице. Мия задрожала, не в силах скрыть страх.
— Куда идти? — Виктор наклонился. Его губы были так близко, что она чувствовала их тепло. Желудок скрутило от отвращения. — Ты там, где должна быть. Ты моя, Мия. И за свою дерзость ты заплатишь.
Его рука скользнула ниже, снова сжимая грудь. Мия вскрикнула, пытаясь вывернуться, но хватка была железной. Ногти впились в его руку, оставляя красные полосы, но председатель даже не поморщился. Глаза горели жадностью. Он наслаждался тем, что делал с ней.
Мужчина рванул футболку выше, полностью оголяя её тело. Его пальцы властно скользнули по рёбрам, затем с силой сжали грудь до боли.
Она билась в его руках, до последнего не сдавалась, но это было бесполезно. Он был слишком силён, слишком уверен в своей власти. И делал то, что хотел.
Виктор резко схватил её за запястье и дёрнул вниз, заставляя опуститься на колени. Бетонный пол был холодным, твёрдым. Мия ударились коленями о поверхность и закусила губу, чтобы не вскрикнуть.
Он отступил на полшага. Рука легла на ремень. Он расстегнул брюки, вытащил член и... начал грубо, механически двигать рукой перед её лицом.
Мия почувствовала, как тошнота подступает к горлу. Запах его пота, его возбуждения ударил в нос, она едва сдержала рвотный позыв, зажав рот рукой.
Его ухмылка стала шире — он наслаждался беспомощностью девушки.
Председатель схватил её за волосы и дёрнул голову назад, заставляя смотреть в глаза.
— Открой рот, — приказал он, свободной рукой продолжая держать член. — Или я сам открою.
— Нет!
Он ударил её ладонью по лицу. Голова мотнулась в сторону, но она не подчинилась.
Тело дрожало, слёзы жгли глаза. Мия уже не могла кричать, не могла двигаться.
Разум метался... и в хаосе она сделала то, чего не ожидала — закрыла глаза.
В темноте сознания вспыхнули лица Всадников.
«Пожалуйста, спасите меня!» — она с мольбой обратилась к ним.
Визуал (Зал + кабинет)
Огромное помещение — не то пещера, не то зал, высеченный из чёрного камня, похожего на обсидиан. Стены, если они вообще были, терялись в тенях, а потолок казался бесконечным, как ночное небо.»
«Комната была больше других в убежище, но такой же мрачной: бетонные стены, тусклая лампа, свисающая с потолка на голом проводе, металлический стол, заваленный мятыми бумагами и пустыми бутылками.
В углу стоял старый диван, покрытый пятнами...»