Выбрать главу

Мия почувствовала, как жар поднимается по шее к щекам. Она отвернулась, пряча лицо в подушку, но это не помогло, они всё равно видели. Всё.

Чума оттолкнулся, выпрямился и встал.

— Отдыхай. Силы тебе понадобятся, — он нагло подмигнул, будто за его словами скрывалось нечто большее. Девушке не хотелось думать, что именно.

Не говоря ни слова, Всадники повернулись и бесшумно, один за другим вышли. Дверь закрылась за ними, оставляя Мию одну.

Тишина была оглушительной, давящей на грудь.

Она сидела, сжимая одеяло, чувствуя, как страх и смятение борются внутри. Пока они не закончат? Мысль об этом душила, буквально уничтожала. Но в то же время...

«Нет!» — пресекла. — «Я здесь против своей воли!»

Мия легла на спину, глядя в мерцающий потолок. Свет больше не резал глаза, она привыкла, но слёзы обжигали.

Глава 13: Ванная.

Мия сидела на краю кровати, обхватив себя руками, словно пытаясь удержать внутри то, что уже начало вырываться наружу. Разорванная футболка задралась, обнажив живот, и она торопливо одёрнула ткань, словно кто-то мог увидеть... но Всадники не возвращались. Она была одна.

В этой комнате, где время, казалось, вовсе не существовало, её собственное тело вдруг стало слишком громким: стук сердца, прерывистое дыхание, лёгкая дрожь в кончиках пальцев.

Она прикусила губу сильнее, чем нужно, и почувствовала вкус крови. Это помогло. Боль была настоящей, знакомой, отрезвляющей.

Синяки на рёбрах и талии всё ещё пульсировали тупой болью. Как напоминание о Викторе, его грубых ладонях и запахе, от которого до сих пор подкатывала тошнота. Кожа казалась грязной, будто его прикосновения впитались в неё навсегда, оставив невидимый, но ощутимый след.

Тишина в комнате становилась всё гуще, и постепенно страх начал отступать, уступая место чему-то новому — любопытству, смешанному с усталостью.

Она медленно спустилась с кровати. Босые ступни коснулись холодного, идеально гладкого пола.

Комната выглядела чужой и одновременно болезненно знакомой: белоснежные стены, огромные стеклянные окна от пола до потолка, кровать с белоснежным бельём, которое пахло свежестью и чем-то неуловимо цветочным. Всё было слишком чистым, слишком новым. Словно спальня из мира, которого больше не существовало. Из мира, где люди ещё смеялись, любили и просто жили. Здесь же царила лишь тишина, пропитанная эхом силы и тьмы Всадников.

Мия заметила две двери. После короткого колебания она подошла к первой и осторожно толкнула её.

За дверью оказалась ванная. Увидев её, дыхание девушки перехватило.

Белый кафель, широкая ванна, огромное зеркало во всю стену.

В зеркале отразилось её лицо: бледное, с потухшими голубыми глазами, полными усталости. Светлые волосы, спутанные, грязные, слипшиеся от пота и пыли.

Почти год она мылась под тонкой ледяной струёй в убежище, экономя каждый литр, и теперь вид настоящей ванны казался чем-то нереальным, слишком хорошим, чтобы быть правдой.

Она стояла, не решаясь войти. Вдруг ей нельзя покидать комнату? Что будет, если Всадники вернутся именно сейчас?

Но тело уже приняло решение за неё. Грязь, пот, боль, воспоминания о грубых руках Виктора — всё это было невыносимым.

Она закрыла дверь. Повернула кран.

Горячая вода хлынула в ванну, поднимая густой пар с лёгким, почти забытым цветочным ароматом. Она медленно стянула рваную футболку, сбросила потрёпанные джинсы и шагнула в воду.

Тепло окутало её мгновенно, как объятия, которых она давно не знала. Мышцы против воли расслабились, боль отступила, и Мия закрыла глаза, позволяя себе просто существовать в этом мгновении.

Она опустилась ниже, позволяя воде покрыть плечи, грудь, шею. Вода ласкала кожу, смывая грязь, пот, следы чужих прикосновений, и впервые за долгое время девушка чувствовала себя живой.

Не врачом, не жертвой — просто живой.

Каждый вдох был легче предыдущего.

Она закрыла глаза. Вода касалась её везде, будто кто-то тёплыми ладонями скользил по рёбрам, изгибу талии и внутренней стороне бёдер. Это было слишком интимно. Слишком хорошо.

Мия не знала, сколько просидела так. Время потеряло смысл. Она не хотела выходить. Хотела раствориться, забыть, кто она и где находится. Хотела остаться навсегда, цепляясь за то хрупкое спокойствие, что посетило её здесь.