Выбрать главу

Мия чувствовала его тепло... оно шло волнами, окутывало её, проникало под полотенце, заставляя кожу гореть. Она пыталась отвести взгляд, но не могла. Её глаза снова и снова возвращались к его губам, линии шеи и ключицам, которые проступали под тонкой тканью его одежды.

— Как спала, маленькая мышь? — спросил он наконец, разрушая эту тяжёлую, давящую тишину.

Девушка сглотнула, в горле пересохло.

— Мия, — поправила вдруг, сама от себя не ожидая такой смелости. — Меня зовут Мия.

Он чуть наклонил голову, словно пробуя имя на вкус. Глаза неотрывно смотрели на неё.

— Как спала, Мия? — повторил с усмешкой.

— Хорошо, — солгала нарочито бодро. Ложь прозвучала слишком громко в тишине комнаты.

Мия не могла думать ни о чём другом, кроме его губ, тех самых, которые ночью целовали её так медленно, так глубоко, что она забывала, кто она и где находится. Взгляд против воли снова скользнул к ним, и Чума заметил это. Его губы дрогнули в едва заметной улыбке, но от чего-то у неё вдруг дрогнули колени.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он медленно поднял руку, давая ей время отстраниться, если захочет, но Мия не отстранилась. Пальцы Всадника невесомо коснулись её предплечья, но этого хватило, чтобы по коже пробежали мурашки, а дыхание сбилось. Он провёл ладонью вверх, к плечу, к шее, и остановился там, где бился пульс. Быстро, отчаянно, выдавая всё, что она пыталась скрыть.

— Ты дрожишь, — прошептал, обжигая дыханием. Большой палец мягко прошёлся по линии ключицы, спускаясь ниже, к краю полотенца.

Мия закрыла глаза на секунду, пытаясь собраться, пытаясь вспомнить свой план. Безумный, отчаянный план, который сформировался ранними утром.

Если она не может победить их силой, то победит хитростью. Даст им то, чего они хотят, и использует это против них.

Но сейчас, когда его пальцы скользили по её коже, когда его дыхание касалось её лица, когда его губы были в миллиметре от её собственных, план казался далёким, практически нереальным.

Она приоткрыла рот... неосознанно, инстинктивно, готовая к поцелую, готовая сдаться на мгновение, хотя бы ради того, чтобы понять, как далеко она может зайти ради своей цели.

Чума наклонился ближе. Так близко, что она чувствовала тепло его губ, дыхание и запах — озон, металл и... лёгкая сладость цветов.

И в этот момент дверь резко распахнулась.

Девушка вздрогнула, немного отстранилась. Чума замер и, недовольно прищурив глаза, повернулся в сторону выхода.

На пороге стоял Война.

Его красные глаза горели безумным огнём. Не просто яростью, а чем-то более диким. Всадник смотрел на них так, будто застал нечто запретное, нечто, что, он считал, принадлежало только ему. Его грудь тяжело вздымалась, кулаки были сжаты.

В воздухе повисло густое напряжение, готовое взорваться в любую секунду.

Мия почувствовала, как сердце ухнуло куда-то вниз, а тело предательски отозвалось новой волной жара... теперь уже от воспоминаний с этим Всадником.

Чума медленно отстранился, но не отпустил её руку. Его пальцы всё ещё лежали на её запястье.

Война шагнул внутрь, не отрывая взгляда от маленькой мыши.

Дверь за ним закрылась с тихим, но окончательным щелчком.

Глава 19: Сила Всадников.

Мия инстинктивно сделала полшага назад, но спина уже упиралась в стекло. Бежать было некуда.

Война не говорил ни слова. Просто стоял и смотрел. Сначала на Чуму, потом на неё. В этом молчаливом взгляде было столько всего сразу, что у девушки закружилась голова: собственничество, ревность, ярость, голод... и что-то ещё, чему она не могла подобрать названия. Что-то очень человеческое и от этого особенно страшное.

Чума первым нарушил тишину. Голос его звучал спокойно, почти лениво, но под этим скрывалась нечто устрашающее.

— Ты пришёл очень вовремя, брат... — последние слова он произнёс с едва заметной улыбкой, больше похожей на оскал хищного зверя... чудовища.

Война медленно перевёл взгляд на Чуму. Его губы шевельнулись, но вместо слов вышел низкий звук. Не то рык, не то очень тихий смех, но от него у девушки пробежали мурашки по всему телу и волоски встали дыбом.