Где она?! Как оказалась здесь?
Последнее, что она помнила: глаза Голода, голубые, как лёд, его руки на её талии, ветер, бьющий в лицо, и шёпот: «Ты не хочешь, чтобы я отпустил тебя, маленькая мышь.»
Мия рывком села, игнорируя ноющую боль в теле. Рюкзак был на месте, но нож, её единственная защита, исчез. Она ощупала пояс и поняла, что маска тоже пропала. Паника сдавила горло, но она заставила себя дышать ровно. Лекарства. Они всё ещё с ней, и лишь это было важно. Маленькая Лиза, ожидающая помощи... Она должна вернуться!
Девушка сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, и попыталась встать. Но стоило ей сделать шаг, как тьма ожила.
Тени шевельнулись, и она почувствовала их — Всадников, раньше, чем смогла увидеть. Их присутствие было как давление на грудь, как жар, разливавшийся по венам, как холод, сковывающий тело.
Они были здесь. Наблюдали.
— Ты проснулась, — раздался голос, низкий и глубокий, как эхо в бездне. Это был Смерть. Его слова звучали не как вопрос, а как констатация, но в них была и тень удивления. — Быстрее, чем другие. Что... странно. — он говорил коротко, обрывками фраз, понятных только ему.
Она обернулась, и её взгляд упёрся в него. Смерть шагнул ближе, и Мия невольно отшатнулась. Его мускулы натягивали ткань, щетина на лице делала его ещё более пугающим, но в тяжёлом, пронизывающем взгляде было что-то странное — не гнев, не похоть, а... интерес. Глаза, тлеющие тьмой, будто искали ответ на вопрос, которого она не знала.
Мия почувствовала, как её кожа покрывается мурашками от его присутствия. Но что-то было не так... Сейчас, когда первый страх перед Всадниками практически исчез, память начала работать, лихорадочно вспоминая всё, что ей приходилось когда-либо слышать о них.
Она ждала, что глаза мужчины, о которых шептались в убежище, убьют её одним взглядом, но ничего не происходило. Мия, безусловно, боялась, но не испытывала парализующий ужас, который, по слухам, вызывал Смерть.
Брови Всадника слегка приподнялись, и он наклонил голову, изучая её, словно впервые видел что-то, что не подчиняется его воле.
— Моя сила... — его голос стал тише, почти задумчивым. — Она не действует на тебя. Не полностью. Ты не кричишь от боли, не падаешь замертво. Почему?
Мия обхватила себя руками, пытаясь скрыть дрожь. Её сердце билось так быстро, что казалось, оно разорвётся. Она не знала, что ответить, однако если его сила не действовала, значит, у неё был шанс выжить и выбраться отсюда!
Она заставила себя выпрямиться и прямо посмотрела на него.
— Где я? — спросила с вызовом. — Что вам нужно?!
Смерть чуть улыбнулся, но в его улыбке не было тепла — только холодный, хищный интерес. Желание разобраться.
— Ты в нашем доме, — ответил, пожав плечами, как будто произнёс нечто обыденное. Его голос проникал в её разум, обволакивая и путая мысли. — А что нам нужно... ты узнаешь. Скоро.
Тени шевельнулись снова, и из них выступили остальные.
Чума, с его светлыми волосами и серыми глазами, мерцающими синим, как ядовитый туман. Война, с зелёными глазами, горящими красным, как раскалённый металл.
И Голод...
Он оказался ближе всех, и его жадный, манящий взгляд, отчего-то заставлил сердце девушки биться быстрее. Его губы, чуть изогнутые в насмешливой улыбке, были слишком близко, и Мия почувствовала тепло, исходящее от него, несмотря на холод вокруг.
— Ты рискнула выйти на поверхность, — мягко, почти ласково произнёс Чума. Но это было обманчиво, в его голосе скрывалась угроза. Он шагнул ближе, и дышать стало тяжелее, будто она вдыхала яд вместо кислорода. — Зачем? Ради чего?
Мия стиснула зубы и сильнее сжала лямки рюкзака, пытаясь не поддаться его голосу, дабы не обманываться.
Она ненавидела Всадников! Их силу, власть и даже лица, слишком совершенные, чтобы быть человеческими. Но её тело будто жило своей жизнью, отдельно от разума и чувств. Тепло, против воли разливавшееся в груди, было неправильным, запретным, ненавистным.
— Ради девочки, — твёрдо ответила Мия. — Она умирает. Ей нужны лекарства. Те, что в моём рюкзаке. — она знала, что они проверили её вещи, раз ни ножа, ни маски теперь не было. — Отпустите меня, пожалуйста, я вернусь к ней и...