Эротические ситуации вписаны в широкий историко-культурный контекст.
О себе автор пишет ровно столько, сколько необходимо для того, чтобы читатель понимал контекст истории. Главное его внимание как искателя красоты сосредоточено на героинях рассказов. Мы видим их через двойную призму: автор пытается показать их такими, какими он воспринимал их в соответствующем возрасте, и такими, какими он осмысляет их поведение, будучи зрелым человеком.
Так, в рассказе «Старуха» встреча в Лальске показана глазами молодого человека, стремящегося к научным открытиям, которого лишь случай задержал в незнакомом маленьком городе. Но последние строки рассказа выводят анализ ситуации на совершенно новый зрелый уровень.
Мы узнаём не только о физических особенностях женщин, их фигурах и лицах, но и о душевных качествах, о том, как они воспринимают и переживают противоречия существующего мира. Вот эта направленность внимания героя-рассказчика не на себя и свои чувства, но на внутренний мир женщины делает этот цикл уникальным в своём роде.
Только в рассказе «Тамара», посвящённом событиям 1931 года, Ефремов пишет о своём состоянии после расставания с женщиной:
«И я как будто утратил свою силу — похудевший, вялый и безразличный, хоть и честно довёл до конца работу, но с утратой интереса. И ведьмина близость не прошла мне даром — я мало интересовался женщинами довольно долгий период (как после Люды).
И испуганный этим, я поспешил жениться, но неудачно — брак был недолог, хотя мне встретилась очень хорошая девушка, но — я был отравлен страстью ведьмы. Так и после — второй брак — тоже был отмечен отравой — таково было долгое возмездие Эроса».
Первой женой Ефремова была Ксения Свитальская, дочь геолога Николая Игнатьевича Свитальского, вице-президента Академии УН СССР, расстрелянного в 1937 году. Надо отметить, что большую часть 1932, 1933 и 1934 годов — время первого брака — Ефремов провёл в экспедициях в низовьях Амура и в Забайкалье.
В 1935 году Палеонтологический институт АН СССР вместе со всей Академий наук переехал в Москву. Ефремов как его сотрудник вскоре тоже должен был перебраться в Москву — уже будучи женатым на Елене Дометьевне Конжуковой.
Елена Дометьевна, на шесть лет старше, была уже сложившимся учёным-биологом на момент встречи с Ефремовым, но под его влиянием перешла в палеонтологию, в 1935 году получила звание кандидата биологических наук по совокупности научных работ. В 1936 году родился сын Аллан. Семья получила квартиру в Москве, в Спасоглинищевском переулке, в доме № 8, куда поселились многие сотрудники ПИНа. Там семья жила до войны, оттуда в 1941 году сначала Конжукова, а затем и Ефремов уехали в Экспедицию особого назначения Наркомата обороны, откуда сразу отправились в эвакуацию. Вернулись они вновь в Москву, в Спасоглинищевский переулок.
Жильцы дома № 8, представителем которых стала Ольга Леонидовна Грачёва, внучка геолога профессора Ивана Александровича Преображенского, ходатайствовали об увековечении памяти Ефремова. В 2017 году на здании установлена мемориальная доска, выполненная безвозмездно скульптором Иваном Владимировичем Коржевым.
Елена Дометьевна была редкой женщиной. Широко образованная, она интересовалась поэзией Серебряного века, музыкой, как учёный постоянно работала в экспедициях Палеонтологического института. Её образ воплощён в рассказе «Белый Рог».
Вероятно, этот брак воспринимался ими как товарищество: они работали в одной сфере, поддерживали друг друга как учёные. Очевидно, Конжукова в целом знала о любовных историях Ефремова.
В 1952 году во время первомайской демонстрации Ефремов среди сотрудников института увидел невысокую молодую женщину. Раньше ему не приходилось её встречать: её рабочее место машинистки размещалось в подвальном помещении. Он предложил ей встретиться. Развитие этой истории мы можем проследить с лета 1952 года в первых адресованных ей письмах.
Здесь мы замечаем несоответствие в датах. Рассказ «Последняя богиня», действие которого происходит в Коктебеле, Ефремов датирует пятидесятым годом. В нём он пишет: «Я думал о той на редкость симпатичной маленькой девушке, образ которой, несмотря на разницу в возрасте, тогда казавшуюся мне огромной и невосполнимой, упорно не хотел покидать меня...»