Согласитесь, такая трактовка событий выглядит вполне реалистичной.
Однако комментаторы Библии с ней... категорически не согласны, и будет справедливо, если читатель познакомится и с их точкой зрения.
Все комментаторы Библии обычно начинают с того, что обращают внимание на первую фразу повествования о разведчиках: «И говорил Бог, обращаясь к Моше, так: "Пошли от себя людей, чтобы высмотрели они страну Кнаан, которую Я даю сынам Израиля"...» (Чис. 13:1).
Ключевым, по их мнению, здесь является словосочетание «пошли от себя». Бог отнюдь не давал Моисею указание отправить в Ханаан разведчиков. Моисей это сделал «от себя», по своей инициативе, и уже сам по себе с точки зрения религиозного человека являлся проявлением неверия, недоверия к Богу и Его обещаниям, что он отдаст в руки евреев необычайно богатую страну.
Мидраш уточняет: Моисей это сделал не по собственному желанию, а подчинившись настойчивому требованию народа, не желавшего идти воевать неизвестно куда и неизвестно за что. Народ требовал точно выяснить, действительно ли земля, которую Бог обещал их предкам, так хороша и можно ли ее завоевать. И уже в самом этом требовании проглядывал изначальный страх перед будущим военным походом, и этот страх не мог не передаться разведчикам еще до того, как они вышли из стана.
Войдя в Шатер откровения, Моисей, продолжает мидраш, спросил Всевышнего, должен ли он подчиниться требованию народа и послать в Ханаан лазутчиков или нет. «Если хочешь послать — посыпай. Но ты делаешь это от себя. Я в этом не участвую», — ответил ему Бог.
Тот страх, который лишь слегка ощущался десятью из двенадцати разведчиками, когда они выходили из Кадеш-Барнеа, безусловно, многократно усилился, когда они увидели переполненные людьми города, окруженные мощными крепостными стенами. И многочисленность населения, и физические данные людей, и высокий технический уровень цивилизации хананейских народов — все это привело их в уныние и навеяло пораженческие настроения. Уничижительный взгляд на самих себя по сравнению с хананеями («мы были в их глазах как кузнечики») — психологически вполне объяснимый образ, рожденный людьми, парализованными страхом, в глазах которых даже незначительное преимущество противника многократно увеличивается.
Таким образом, вне всякого сомнения, когда разведчики решили «чуть» гиперболизировать свои и без того гиперболизированные представления о Ханаане, они были движимы самыми благородными устремлениями — они казались себе едва ли не спасителями нации.
И потому-то они и являются с отчетом не к Моисею и Аарону, зная, что те могут совершенно иначе истолковать результаты похода, а обращаются поверх них непосредственно к народу. При этом разведчики тщательно продумывают свою речь: они отнюдь не говорят о том, что земля бесплодна и никуда не годится. «Нет, — говорят они, — земля эта, возможно, для кое-кого и хороша, но не для нас. А если бы даже она была бы и хороша для нас, завоевать ее невозможно».
Аргументы Иисуса Навина и Калева, если вчитаться в текст, отнюдь не сводятся к тому, что у евреев достаточно сил, чтобы одержать победу над народами Ханаана. Они лишь пытаются напомнить, что и победа, и поражение — в руках Бога. Именно то, что Бог лишил хананейские народы Своего покровительства за их развращенность и обещал евреям отдать эту землю, и является гарантией победы последних — вот смысл речей Иисуса и Калева, и именно этим доводам толпа не желает верить.
Но вот в тот самый момент, когда толпа уже готова забить насмерть Иисуса и Калева, в происходящее вмешивается сам Бог, возмущенный именно неверием народа — и это после стольких чудес, которые Он совершил у всех на глазах!
Дальше перед нами разворачивается диалог между Моисеем и Богом, очень напоминаюший тот, который произошел между ними после греха золотого тельца: Всевышний снова угрожает уничтожить всех евреев, кроме Моисея, а от него произвести новый еврейский народ, а Моисей умоляет его этого не делать:
«И сказал Бог, обращаясь к Моше: "До каких пор будет гневить Меня этот народ и до каких пор не поверят они в Меня — при всех знамениях, которые Я совершил среди него? Поражу его мором и уничтожу его, и произведу от тебя народ достойнее и многочисленнее его". И сказал Моше Богу: "Но услышат египтяне, из среды которых Ты вывел мощью Своей народ этот, и скажут жителям той страны, которые слышали, что Ты, Бог, в среде народа этого, что лицом к лицу являлся Ты, Бог, и облако Твое стоит над ними, и в столпе облачном идешь Ты перед ними днем, и в столпе огненном ночью, — что умертвил Ты народ этот, как одного человека. И скажут народы, которые слышали о славе Твоей так: из-за того, что у Бога нет сил привести народ этот в страну, которую Он обещал им, погубил Он их в пустыне. Пусть же теперь возвеличится мощь Господа, как Ты говорил, сказав: Бог долготерпелив и безмерна любовь Его, прощает Он грех и непокорность"...» (Чис. 14:11—18).