Зрелище это было настолько страшным, что люди в ужасе бросились бежать с площади, опасаясь, что и их постигнет участь сторонников Корея — ведь каждый из них и в самом деле считал, что Корей прав. Теперь, кажется, ни у кого не осталось никаких сомнений в правоте Моисея и Божественном характере его миссии. Однако до конца бунта было еще далеко...
Едва все опомнились от происшедшего, в адрес Моисея прозвучали новые обвинения — теперь народ обвинял его в том, что он использует свои особые отношения с Богом для того, чтобы упросить Его жестоко расправиться со всеми, кто осмеливается в чем-либо упрекнуть его и покушается на его, Моисея, власть. «Бог бы простил Корея и его людей, но Моисей не захотел этого и умолил Творца убить их! Моисей — убийца, и неважно, чем он убил Корея и других людей — силой оружия или своей молитвой! Моисей — тиран, жестоко расправляющийся со всеми инакомыслящими!» — витийствовали новые бунтовщики в стане.
И Бог снова заступается за своего пророка и снова обрушивается со страшной карой на избранный Им народ — в стане начинается новая эпидемия, и только вмешательство Моисея, его страстные молитвы и некие специальные благовония, воскуренные Аароном и отогнавшие самого ангела смерти, помогают остановить болезнь. Но к тому времени, когда эпидемия прекращается, умирает 14 700 человек — и это, не считая участников бунта Корея! Таким образом, буквально за несколько дней в стане умерло почти 15 тысяч человек!
Вот как повествует об этих событиях Библия:
«И возроптало все общество сынов Израиля на следующий день на Моше и Аарона, и сказали: "Вы умертвили народ Бога!" Но когда собралось все общество против Моше и Аарона и направилось к Шатру откровения, то вот покрыло его облако, и явилась Слава Бога. И пришли Моше и Аарон к Шатру откровения.
И говорил Бог, обращаясь к Моше, так: "Отстранитесь от общества этого, и Я уничтожу их вмиг!" И пали они ниц. И сказал Моше Аарону: "Возьми совок и положи на него огонь с жертвенника, и положи смесь благовоний, и неси скорее к обществу, и искупи их, ибо изливается ярость Бога, начался мор". И взял Аарон, как говорил Моше, и побежал в среду собрания, и вот начался мор в народе, и возложил он смесь благовоний, и искупил народ. И стал он между мертвыми и живыми, и прекратился мор. И было умерших от мора четырнадцать тысяч семьсот, кроме умерших из-за Корея. И возвратился Аарон к Моше ко входу в Шатер откровения, ибо мор прекратился» (Чис. 17:6—15).
Однако Моисей понимал, что народ, возможно, напуган происходящими событиями, но все еще не успокоился до конца — идеи Корея о равенстве всех колен, о том, что главы каждого из них достойны должности первосвященника, что избранность колена Леви ничем не оправдана, продолжали будоражить людей, порождая все новые вопросы.
И чтобы окончательно уверить народ в том, что сам Бог избрал Аарона и его потомков на роль священнослужителей в Храме, Моисей предложил провести еще одно испытание. По очередному полученному им от Бога указанию он велит вождям всех двенадцати колен принести свои посохи в Шатер откровения и кладет их рядом с посохом Аарона. Когда же на следующий день Моисей вынес посохи на площадь, то все увидели, что посохи вождей остались такими же, как и были, а на посохе Аарона появились зеленые ветки, цветы и даже плоды миндаля — с помощью столь явного чуда Бог еще раз продемонстрировал избранность семьи Аарона на священнослужение.
После этого страсти в стане, наконец, начинают стихать, и в течение последующих тридцати восьми с лишним лет никто не пытается оспорить лидерство Моисея, и евреи спокойно живут на просторах Синая, рождая детей, умирая и готовясь к новому витку своей национальной истории.
Любопытно отметить, что, согласно еврейским источникам, погибли отнюдь не все участники бунта Корея.
Одним из выживших стал Он, сын Пелета, попросту не пришедший вместе с другими единомышленниками Корея на площадь. Не явился же Он на площадь, утверждает предание, из-за... своей жены. Будучи мудрой женщиной, та поняла, что вся затея Корея плохо пахнет, и начала всячески убеждать мужа отказаться от участия в заговоре. Когда же уговоры не помогли, она попросту напоила мужа до такой степени, что, когда Корей и 250 его ближайших соратников стояли перед Моисеем, Он мирно спал в своем шатре.