...После этого изучение Библии стало искать другие пути. В тридцатые годы XX века вся схема Велльгаузена от начала до конца была официально отвергнута новой школой скандинавских критиков. Представитель этой школы Айвэн Энгель нанес теории Библейской критики смертельный удар, проанализировав злостный призрак Велльгаузена, его мифического "Редактора-фальсификатора" — это странное привидение в одеянии священнослужителя времен Второго храма, которое является на самом деле ключом ко всей теории Библейской критики, — и уничтожив его вежливым ученым лошадиным смехом, Энгель назвал его иронически "interperatio europeica moderna". Изучая хитросплетения воображаемых Велльгаузеном интерполяторов, он обнаружил в них автопортрет европейского кабинетного ученого, упорно копающегося в Священном Писании, чтобы возвести гипотезу XIX века. Эти творческие муки кончаются ретроактивной проекцией своего собственного образа в V век до н. э. После Энгеля научное обоснование теории Велльгаузена было подорвано окончательно.
А вот еще один пример, иллюстрирующий то, что "Библейская критика" является не наукой, а видом идеологии. Как известно, одним из столпов Библейской критики является отождествление "Второзакония" (Пятой книги Торы) со свитком, найденным в Храме в эпоху реформ царя Йошиягу (см. Вторую книгу Царей, гл. 22) — и поэтому его датировали VII веком до н. э. Это отождествление было сделано на основании литературных соображений, не подкрепленных никакими археологическими данными. И вот, несколько лет назад группа археологов раскопала в Самарии, на горе Эйваль, остатки жертвенника — в точности соответствующие тому, что, согласно книге Второзакония, Моисей повелел сделать евреям после перехода Иордана, и археологически находка была датирована XIII веком до н. э. Археологи опубликовали статью о находке, показывая соответствие ее книге Второзакония. Как возмущены были этой статьей сторонники Библейской критики! Нет, они не отрицали, что найден жертвенник, они не оспаривали его датировку. Но они говорили: "Как же можно объяснять находку XIII века до н.э. на основании текста, написанного в VII веке до н. э.?" Иными словами, "литературная" датировка Второзакония эпохой царя Йошиягу стала для них догмой, и если археология противоречит этой догме — то тем хуже для археологии», — писал Полонский в своей статье «Блеск и нищета "библейской критики"».
Однако, сосредоточиваясь на споре между сторонниками и противниками библейской критики, многие исследователи либо забывают, либо вообще игнорируют как минимум две загадки Пятикнижия, после знакомства с которыми вновь неминуемо встает вопрос о том, кто же на самом деле является автором этой книги.
Первый — открытый — аспект Пятикнижия заключается в том, что многие его страницы имеют откровенно пророческий характер. Как уже говорилось, с определенной точки зрения текст Пятикнижия можно рассматривать как своеобразный договор, контракт между еврейским народом и Богом.
В случае исполнения евреями указанных в этом контракте правил поведения (заповедей) Всевышний обязуется дать им благоденствие и мир в земле Израиля: долголетие, урожай, хороший приплод скота и т. д. При их нарушении следуют различные наказания. Сначала — засуха и неурожай, потом — эпидемии, далее — набеги врагов и — наконец — глобальное поражение от этих врагов, уничтожение еврейского государства и рассеяние среди народов. Вспомним, как звучат все эти предупреждения в книге Второзакония:
«Пошлет Бог на тебя проклятие, смятение и несчастье во всяком начинании рук твоих, котором ты заниматься будешь, пока не будешь ты уничтожен и пека не погибнешь вскоре из- за злодеяний твоих, потому что оставил ты Меня. Пошлет Бог на тебя мор, пока не истребит тебя с земли, в которую ты входишь, чтобы овладеть ею. Поразит тебя Бог чахоткой и лихорадкой, и горячкой, и воспалением, и засухой, и знойным ветром, и желтизной растений, и будут они преследовать тебя, пока не погибнешь...
...Обратит тебя Бог в бегство перед врагами твоими: одним путем выступишь ты против него и семью путями побежишь от него, и станешь ты страшилищем для всех царств земли. И будут трупы твои пищей всем птицам небесным, и животным земным. И никто не будет их отпугивать... И станешь ты сумасшедшим от зрелища, которое увидишь ты... Уведет Бог тебя и царя твоего к народу, которого не знал ни ты, ни отцы твои, и будешь ты служить там богам иным, дереву и камню. И станешь ужасом, притчей и посмешищем среди всех народов, к которым уведет тебя Бог» (Втор. 28:20—37).