Лем остановился. Где–то в глубине этой лаборатории зоологии, за всеми этими жизнерадостными вольерами скрывается уголок мясника. Огромные ножи с механическим приводом, пилы, мясорубки и костедробилки… Лему на мгновение показалось, что один из ответов может скрываться среди мясницкого оборудования.
Бездонные иглубокомысленные карие глаза, окаймленные длинными ресницами, уставились на Инспектора. Одна из коров, очевидно, осознала присутствие в вольере постороннего существа и заинтересовалась им. Они стояли в задумчивом молчании и смотрели друг другу в глаза. Инспектор искал мотив, по которому кто–то может хотеть избавить от другого человека. А корова… наверняка тоже о чем–то важном. Серьезность, отпечатавшаяся на её коричневой морде, не уступала по значимости серьезности, с которой обдумывал свои мысли Лем.
– Инспектор! Вы хотели нас видеть? – Раздалось за спиной.
Непохожие друг на друга двойняшки Анри и Мишель Бюжо, закончив проводить "очень важный эксперимент", наконец освободились.
– Совершили новое открытие? – Спросил Инспектор с любезной насмешкой.
– Мы присутствовали на родах. – Ответила Мишель и, не удержавшись, зевнула. Бледное, серое лицо девушки выглядело изможденным. – Корова родила теленка, зародыш которого был получен в лабораторных условиях и в последствие подсажен матери. Мы ждем, что новое поколение коров, сохраняя миниатюрность размеров, сможет давать больший надой молока.
– Что ж, это звучит серьезно. Надеюсь, все получится. А когда вы двое виделись в последний раз с Джоном Ли?
– У него проблемы? – Спросил Анри, сложив руки на груди.
– Я бы не стал использовать подобную формулировку, но да. Так когда?
– Два дня назад, – ответила Мишель. – Он пришел сюда. Был не в настроении.
– Почему? Что случилось?
– Да ничего такого. – Отмахнулся Анри. – Его не все понимают. Так бывает с настоящими учеными.
– А Джон, конечно же, один из них? – С иронией спросил Инспектор.
– Можете шутить и смеяться над ним, но когда–нибудь его открытие помогут человечеству. – Мишель обиженно поджала губы и сложила руки на груди.
– Это замечательно! Я ни в коем случае не пытался вас обидеть. Очень здорово, что вы так заступаетесь за друга. Однако, я вынужден сказать, что Джон Ли уже никаких открытий не совершит. Его нашли мертвым сегодня.
Брат с сестрой выглядели растеряно. Они в ужасе переглянулись. Глаза Мишель затянуло слезой, и брат поспешил прижать к себе сестру.
– Что произошло? – Спросил Анри.
– Я не знаю. Пока. Расскажите, Джон был знаком с кем–нибудь из лабораторий растениеводства? Или здесь общался ещё с кем–то кроме вас?
– Нет, нет. – Отвечал Анри, поглаживая сестру по волосам. Спустя недолгую паузу он ещё раз повторил, – нет. Мы были его единственными друзьями. Но если точнее, я был его другом. С Мишель они общались мало.
– Очень трогательно, что мисс Бюжо так переживает потерю вашего друга, Анри. – Заметил Инспектор.
– Она у меня очень впечатлительная и эмоциональная.
– А вы разве здесь не принимаете бета–адреноблокаторы? – Спросил Лем с удивлением. – Я слышал, зоологи регулярно подвергаются психо–эмоциональному перенапряжению, а потому врачи выписывают вам бета–блокаторы. Чтобы не испытывали угрызений совести и привязанностей. Ну, знаете, животные и все такое…
– Да, бета–блокаторы угнетают центральную нервную систему. Мы здесь все спокойны. – Холодно ответил Анри. – Но новость о смерти друга не может оставить нас равнодушными
– Просто это было неожиданно, Инспектор, – оправдывалась Мишель, утирая слезы. – Здесь мы готовы к тому, что животных вскоре не станет… Но когда умирает кто–то неожиданно, кто–то знакомый… Простите, я просто взволновалась.
– Я вам даже больше скажу. Здесь так никто ещё не умирал.
– Что вы имеет в виду, Инспектор? – Анри напрягся, невольно, поддавшись переполнявшим эмоциям, сделал шаг вперед, выставив грудь колесом.
«Обороняется или нападает? Что он делает?» – возник вопрос у Лема. Он заинтриговано приподнял левую бровь, изучая лицо зоолога.
– Где вы были вчера вечером? Ночью? И сегодня утром? – Спросил Лем, пропустив вопрос.
Мишель оглянулась на брата.