Альфа отвечал коротко и зло, по делу:
— Заткнись.
Макгрейв, конечно же, не затыкался. Он продолжал что-то бубнить себе под нос. И это говорило о том, что он совсем не против получить перелом руки или обеих ног.
Но альфа и тут проявлял невиданное благородство и лишь бросал на друга убийственный взгляд.
Тэо никогда не думал, что тот её урок когда-нибудь ему пригодится. Вероятность встретить свою истинную пару была ничтожно мала.
Но… эта странная девушка ворвалась в его жизнь! Забрала каплю его силы. Попыталась стереть его воспоминания. Использовала Альфу как личного сопровождающего до такси. И, самое главное, избавилась от метки истинности!
Ненормальная!
Психичка!
Избавилась от метки! Это было… за гранью понимания. Не поддавалось логике.
Он, конечно, и так знал, что все ведьмы поголовно и всецело двинутые на голову. Ему это доказывали с самого детства. Не раз. И весьма наглядно. Но неужели ему досталась самая отбитая из всех?
Первое, что хотелось спросить: какого лешего она это сделала?! Она дура? Или просто сумасшедшая? Или, может…ее кто-то заставил так поступить?
Но первые же минуты общения с ней натолкнули на мысли: она либо ничего не понимает, либо… просто непроходимо тупая. Беспросветно!
Он не мог решить, что хуже: неадекватная ведьма или редкостная дура. Но самое страшное было в том, что, когда она стояла прямо перед ним, ему становилось совершенно всё равно. Будь она умом приближена к пробке шампанского, его бы все равно тянуло к ней. Тянуло до одури. С непреодолимой силой. И все равно она была для него лучшей на свете…
Вот такая она, эта грёбаная истинность.
К счастью для него, даже избавившись от метки, она не смогла полностью вырваться из-под его влияния. Забрав у него каплю силы, она подарила ему возможность — разумеется, на время — отключить её магические струны. Истинность воспринимала это как часть романтической игры в паре. Как милую, глупую шалость, предназначенную только для них двоих.
Но, увидев ужас в её глазах и услышав искреннее, неподдельное недоумение, он убедился: она действительно ничего не знала…
Не знала, что он её истинный!
И не понимала, как ему удаётся заглушить ее силу!
Как такое вообще возможно?
Она что, росла где-то в глуши? В полной изоляции от мира?
Как её назвала Джилл? Грубый дровосек?
Тэо решил, что будет действовать разумно. Постепенно. Не будет давить. И уж точно не станет пока укладывать её в горизонтальное положение… Пока. Правда, чтобы избежать последнего, ему следовало вначале отправить её в душ. Иначе её дурманящий, сводящий с ума аромат обещал скорую кончину ему и его яйцам.
Даже приторный химический запах клубники не смог полностью заглушить её настоящий аромат. Но, к счастью, ему стало немного легче дышать. В голове вроде бы даже слегка прояснилось.
Теперь оборотень хотя бы не представлял, как будет брать её… каждую секунду. Он делал крошечные перерывы. Секундные.
Он вежливо повёл её к озеру. Почти не приставал. Тот один поцелуй не в счёт. Но даже этого хватило, чтобы сердце в его груди забилось в бешеном ритме. К тому же, ей самой очень даже понравилось.
Из их разговора он окончательно убедился, что она понятия не имеет ни об истинности, ни об ограничителе. Стоит ли говорить, что ни то, ни другое его совершенно не обрадовало?
Он попросил вернуть ему ограничитель. А пока… она будет его гостьей. Вскоре метка снова проявится, и она уже не сможет ничего не почувствовать.
Конечно, двойной удар тяги будет направлен именно на него. Ведь это она отказалась, а не он. Но он-то точно не откажется. Он же не дурак, в конце концов.
Он поможет ей увидеть все плюсы. И сделает так, чтобы эти плюсы показались ей не просто приятными, а… слишком приятными. Он мог бы начать сразу же. Разумеется, ради ее же блага.
Вот только её слова о несовершеннолетии повергли его в бездну. А как скулили его яйца…