— Бесспорно, — как само собой разумеющееся, добавил Кингсли.
«Повалит, — хмыкнула одна из моих прабабушек, — Кто кого еще будет валить, а девочки?»
«Да, милые мальчики нам попались.» — добавила другая с ноткой снисходительности.
«Уверенные в себе волчата.»
«И не говори, даже жалко их как-то немного стало», — прозвучал новый голос, полный неожиданной мягкости.
«Ну, мы же не будем их прямо лицом в землю…» — начала было четвертая, замявшись.
«Нет?» — перебила пятая с ноткой любопытства.
«Да, давайте будем великодушнее…» — предложила шестая, и в её словах отчетливо слышалась легкая насмешка.
«И нежнее…» — настойчиво предложил один из голосов
«Нежнее нельзя. Нашему волчонку это может не понравится» — категорично заявил другой, словно отрезая.
«Ревность в малых дозах ещё никому не вредила…» — хихикнул кто-то с довольным предвкушением.
«Здесь нет никакого нашего волчонка», — строго вмешалась я.
«Мы понимаем, что он твой…»
«Мы ни в коем случае не претендуем…»
«У нас своих хватало…»
«Пруд пруди…» — игриво заметила одна из них, явно намекая на прошлые любовные увлечения
«Просто так выразились…» — тут же поддержала другая, стараясь сгладить ситуацию.
«Все же наш, красавчик, да, девочки?» — промурлыкала еще одна.
«Как-нибудь можешь нам показать его голеньким …» — бесцеремонно предложила одна из них.
«С какой стати мне его вам показывать гол…? И с какой мне смотреть на него…такого? Вы с ума сошли?» — сгорая от стыда, мысленно возмутилась я.
«Тут в маразме никого нет», — пришел серьезный ответ.
«Маразматичек в наш круг не пускают, не переживай.»
«Одну из нас постоянно проверяют, так как есть тревожные звоночки, но ее никак не уберут…»
«Ой, на себя посмотри, тревожная…»
«Хватит!» — сказала я, и внутренний хор голосов мгновенно затих.
Затихли все, кроме одного голоса. Он ласково произнес:
«Доверься нам и раскройся. Сделай глубокий вдох. Да, вот так. Чувствуешь, как энергия растекается по твоей шее? Хорошее, конечно, озеро... А теперь впитай энергию в себя. Молодец. Поприветствуй силу предков и раскройся ей. Не сопротивляйся нам. Мы всегда будем на твоей стороне. Мы рядом, внучка. Мы поможем».
Приятная волна энергии, ласковая и... какая-то невероятно родная, прокатилась по моему телу, даря ту уверенность, которой мне давно не хватало. Это было необычное, но очень бодрящее и вселяющее надежду чувство.
Парни тем временем никак не могли прийти к единому решению и продолжали ожесточённо спорить. Альфа то и дело грозно рычал на них. Они на мгновение замолкали, а потом завуалированно пытались доказать ему, что он немного не прав.
Признаться, со стороны это выглядело довольно забавно.
Но я, уже порядком уставшая от туманных разговоров со своими бабушками, почувствовала, что моё терпение на исходе. Я кашлянула и нетерпеливо произнесла:
— Давайте уже начнем, если вы не передумали. И посмотрим, кто из вас сможет повалить меня на землю? Или же, вас всех повалю я?
Последняя фраза принадлежала не совсем мне… но и мне одновременно. Будто мысль возникла из воздуха, без моего участия, но при этом всё же сорвалась с моих губ. Это слегка обескуражило. Но только меня. Моих прародительниц ничего не смущало. Они уже предвкушали зрелище.
«Сейчас мы единое целое и говорим тоже вместе», — объяснила одна из них
«Ну зачем ты так в лоб? Напрягла же ее!», — вмешалась другая.
«Еще вырубит нас в неподходящий момент…» — добавила третья.
«Современная молодежь такая… впечатлительная», — с иронией заметила четвертая.
«Расслабься, внученька, — успокаивающе произнёс голос, который казался самым близким. — Мы единое целое, только когда ты полностью нам открываешься, как сейчас… А стоит тебе захотеть, и связь тут же прервётся»,