– Он хорошо с тобой обращается?
Оксана прикусила губу.
В отношении Максимова она вряд ли могла сказать что-то плохое. Он не бил её, не кричал на неё, только… подавлял своей истинной сущностью альфы, но делал это не осознанно, хотя и не применял больше своих феромонов, а вот она…
– Нет, Роман Евгеньевич ничего мне не делает, – она прижала пальцы к горящим от поцелуя губам, а на языке всё ещё ощущала его вкус.
– Тебя можно будет навестить?
– Я здесь не в клетке, – повторила она слова Максимова, – я очень тебя жду.
Последнюю фразу Оксана шепнула.
Мама в трубку шумно вздохнула, чувствовалось и по голосу, и по молчанию, что она переживает за неё.
– Оксана, ты принимала противозачаточные?
– Что?
Оксана даже дышать перестала. О близости с альфой мало что в памяти осталось, а потом температура всё смазала в голове. Но ведь это была не настоящая течка, а значит, процент зачатия весьма низок.
– Постельное бельё после стирки продолжает пахнуть семенем альфы, и если я, бета, его чую, думаю, стоит предохраняться, если ты, разумеется, хочешь.
Оксана прикрыла рот ладонью. Максимов был не обычный альфа, а она, глупая дура, отнеслась к этому весьма легкомысленно.
– Что делать?
– Ещё не поздно, семьдесят два часа не прошло, так что… тебе привезти таблетки?
– Да, – выдохнула Оксана.
Больше они ни о чем не говорили. Мама обещала приехать к трём часам. Время ещё есть.
Почему-то стоило об этом заговорить, Оксана сразу начала ощущать дискомфорт внизу живота. Она даже потрогала себя. Потому что если что-то произошло, то… живот же будет твёрдый?
Паника накрывала медленно поднимающейся волной. А если она не успеет? А если ничего нет? От экстренных противозачаточных на омегу сваливалось много побочных эффектов, и ни один врач не мог сказать, как они «выстрелят». Кто-то отделается недельной мигренью, а кто-то и в больницу загремит, поэтому не каждая омега решалась их принимать.
– О… Господи, – шепнула она, расхаживая по комнате.
Ей не нужно себя накручивать. Ничего не могло произойти. Её организм был не готов. Так что всё в порядке.
Ночью ей не спаслось.
В доме не было холодно, но она дрожала как осиновый лист, забравшись на кровать, даже не раздевшись. Оксана напряженно смотрела на дверь, но альфа так и не пришёл.
Максимов впервые проснулся от запаха еды. Нет, правда, еда у него пахла обычно только в тарелке.
Из столовой до него доносился запах чуть поджаренного хлеба и яичницы, не говоря уже об аромате крепко заваренного кофе.
Часы показывали ровно шесть утра. Вечером после душа, когда голова Романа достигла подушки, он отключился за считаные минуты, даже не подумав воплотить свои фантазии в реальность. И сны, слава богу, предстали для него в виде черного квадрата Малевича.
Максимов поднялся с кровати, разминая плечи. На роботу он мог и не ходить вовсе, как считали некоторые идиоты. Ввиду их узкого кругозора и недалекого ума, до них не доходило, что если хочешь, чтобы всё работало исправно и прибыль только росла, а не наоборот, работать нужно ещё больше и постоянно.
Впервые в жизни Роман позволил себе вчера прогул, да и к тому же девяносто процентов его мыслей занимала омега.
В последнее время.
Даже сейчас.
В душе мысли приняли более плавное течение, так как от утреннего стояка избавляться привычным способом – игнором, не захотелось.
Особенно чувствуя её.
Безусловно, можно повести себя по-свински, затащить Оксану к себе в душ и все фантазии превратить в реальность. Но нет… это Максимов решил оставить для другого раза, когда и тащить не придётся, скорее она сама возьмет его за руку и поведёт в душ.
Альфа сдавленно простонал, представляя эту крошку в той самой красной мини-юбке и коротком черном топе. Она сама наверняка не подозревает, насколько соблазнительно выглядит, а потом в сознание влезли моменты их близости.
Её тело не пересушено, оно мягкое и нежное, грудь под ладонью упругая с твёрдым соском. Сейчас Роман с удовольствием продлил бы все свои ощущения, медленно перекатывал бы его во рту, посасывал долго, пока кожа не покраснела бы и не припухла.
А потом бы целовал её сладкие губы, толкаясь в сочное, желанное тело, заполняя всё нутро собой, даже мысли.
Кончил Максимов так, что всё рано остался неудовлетворенным.
Добавив слегка холодной воды, быстро взбодрился.
Нет, он нисколько не пожалел, что оставил Оксану в своём доме, теперь стоит сменить кодовый замок, чтобы его родители не имели возможности наведаться без приглашения.